Рассвет после

И вроде как они слышали, что он просил помочь леди Мэнсон подержать книги, пока садился в кеб. Описать этого человека никто не смог. Показания очевидцев разнились. Одни рассказывали про толстого и лысого мужчину, другие, наоборот, говорили, что он был высоким и бородатым.

Вторая – леди Роберта Паркс, двадцати лет. Пропала возле церкви. Ее горничная запомнила обаятельного темноволосого мужчину – и всё. Девушка ушла с незнакомцем, но так и не вернулась ни через час, ни в этот день, ни на следующий. Девушка просто растворилась в воздухе.

Третья жертва – леди Бренда Болл, двадцать один год. Пропала после маскарадного бала у герцога Уорингтона. Последний раз ее видели в три часа ночи, разговаривающей с магом в маске возле кареты. Все девушки были незамужними, с идеальной репутацией. В дверь кабинета графа Хертфорда постучали.

– Войдите.

Джеймс ждал этого посетителя – маркиза Вильяма Стэнли, друга детства и верного товарища. Один из лучших искателей Лондона решил осесть на Боу– стрит и уже два года помогал Джеймсу раскрывать запутанные дела.

– Заявление о пропаже девушки. – Маркиз Стэнли протянул графу Хертфорду исписанный листок бумаги.

Вильям был выше и уже в плечах по сравнению с графом, но зато очень шустрым. С легкостью мог сменить личину сыщика на бродягу.

– Давай, – тяжело вздохнул граф.

Четвертой жертвой оказалась леди Джорджанна Хокинс, восемнадцати лет. Утром, когда обнаружили ее исчезновение, была найдена записка, где девушка просила прощения у родителей. Она со своим женихом не могла больше ждать, когда ей исполнится 21 год, и уехала в Гретна-Грин.

Но юноша находился дома, и ни о каком побеге молодые люди не договаривались. Сестра леди Хокинс и горничная помнили, что днем Джорджанна общалась с мужчиной на площади. Он держал стопку книг, которые упали, и леди Хокинс помогла магу их поднять.

– Обнаружить девушку пробовал?

– Леди Хокинс – искательница, – жестко произнес Вильям.

Если маг-искатель захочет спрятаться, никто его не найдет. Но бедная леди вовсе не скрывалась от семьи.

Волна гнева поднялась внутри, и Джеймс не сдержался, ударил по столу кулаком.

– Какие мы искатели, если не можем найти несчастных? Четыре аристократки пропали, а мы все ходим кругами, ни на шаг не продвинулись в расследовании.

Вильям хмуро молчал, дело принимало критический оборот. Граф знал: если он не найдет аристократок, то за дело возьмутся королевские сыщики и подключится вещатель. Тогда пострадает не только репутация Боу-стрит, но и каждого искателя.