Прости меня, Луна

История о расе оборотней, скрывающихся в Лабиринтах, сделавших королевство Тонг–Зитт огромной тюрьмой, после победы Союза стала знакома чуть ли не каждому. Разгневавшийся древний бог Гаюрд, которого выпустила на свободу дочь эрийской венценосной четы Роуз, лишил крыльев красных драконов, отличавшихся особенной кровожадностью, сделав их простыми людьми.

– Наш Шелль летел в группе разведчиков в столицу Эрии, пока их королева громила остров Пигеон. Там и нашла, мерзавка, свою смерть. Все говорят, что Роуз отчаянно защищалась, когда Лолибон Великая пыталась ее убить, но сама же напоролась на свой кинжал.

Врут. Ее спящую убил бреужский принц, а потом подставил Роуз…

– Без подробностей, пожалуйста, – Мякиня поморщилась. Предательство трусливого принца замалчивалось союзниками, но ей ли не знать правду? Руфф последний человек, кому она подала бы руку. Поганец. – А остальные драконы из той группы? Они что?

Добря печально вздохнула.

– Не всем так повезло, как юному сыну Шоттса. Они как раз над скалами летели. Мы похоронили разбившихся насмерть у Мавкиного болота.

Иноземцы все ж таки. Наши побоялись их на монастырский погост класть. Мало ли, вдруг станут такими же, как утопленницы с Лебяжьего озера? А тут на тебе, громи монахинь и их воспитанников – всего лишь одна стена и никакой особой защиты…

– Ну, особая–то есть, просто о ней незачем посторонним знать. Но ты права. Сейчас всякого ожидать можно, – согласилась настоятельница. – Хватило бы времени найти последнего из пятерки.

– Сестра, а тебе не кажется странным, что в этот раз в «Кулаке» женщина? Ведь сколько раз пятерка собиралась, но женщина в ней отродясь не упоминалась.

Я все «Сагрийские хроники» проштудировала, ни разу не встретила, чтобы о ком–нибудь говорили «она». Может быть, мы ошиблись, и где–то в другом месте растет бастард, в ком королевская кровь смешана с колдовской?

– Думаешь, я зря столько времени в Лунном дворце провела? – настоятельница подхватила трущуюся об ноги кошку. Пальцы бывшей няньки зарылась в пушистую шерсть.

– Я каждую королевскую династию мира до седьмой колена изучила, все побочные ветви перебрала, ни одного бастарда не пропустила. Я знаю поименно даже тех, о ком их знатные отцы не догадываются.

– А у меня закралось сомнение, что мы напрасно вычеркнули из списков Петра Пигеона. Смотри, его родители – маг из Сулейха, ходящий дорогами бахриманов, и графиня Леоль, чья ветвь когда–то отошла от королевского древа. Королевского! Как ни крути, в нем течет голубая кровь эрийцев.