Счастье по рецепту

Взгляд его белесых глаз шарил по холлу, руки сильно тряслись, когда старик доставал из кармана платочек, чтобы вытереть слезу со щеки. Он не плакал, слезы катились из его глаз уже сами по себе из-за солнечного света. Такое бывает в преклонном возрасте, я слышала.

Моим вниманием завладел симпатичный молодой мужчина в добротном костюме из плотной ткани. До блеска начищенные сапоги сверкали на солнце, белоснежные перчатки он держал в правой руке, а левой то и дело взъерошивал светлые волосы. Мужчина словно нервничал перед встречей с главой города, или с кем нам тут всем придется встретиться, но старался не подать виду.

Я смущенно отвернулась, когда поняла, что вот уже с минуту мы смотрим друг другу в глаза. Я с интересом, а мужчина вопросительно.

Благо, мне не пришлось и дальше краснеть при нем, потому что двустворчатая дверь открылась и из кабинета выглянула молодая женщина в черном платье.

— Господин Коваль готов принять посетителя, — оповестила она.

Объект моего внимания исчез за дверью, а вышел из нее совсем скоро, будучи злым.

— Следующий! — провозгласила все та же женщина.

Люди заходили в кабинет и выходили довольно быстро. Этот факт меня одновременно и пугал, и радовал, и когда дошла очередь до меня, то я замешкалась, раздумывая, а стоит ли вообще встречаться с главой. Что-то мне подсказывало, что сегодня он не в духе.

— Госпожа, прошу вас, — настойчиво повторила секретарь, указывая на дверь.

Я крепче прижала к себе документы на дом и юркнула в кабинет. В светлом помещении не было ничего, кроме рабочего стола, за которым восседал пожилой и очень полный мужчина.

— Господин Коваль, — я поздоровалась кивком головы. — Я хочу оформить дом на свое имя, — протянула бумаги, и мужчина принял их у меня из рук.

Усталым взглядом пробежался по ровным строчкам, нахмурился, перечитал еще раз, а после взглянул на меня с легким недовольством.

— По какому праву я должен переоформить дом на вас?

Он сказал это так, словно я попрошайничаю. Обиженно поджала губы и указала на пункт в договоре, в котором говорилось, что любой человек, предъявивший договор, может претендовать на жилище.

— По вашему, я читать не умею? — господин Коваль вскинул брови.

— Переоформите дом на мое имя по праву предъявления документов, — твердо произнесла, не показывая страха. А мне было ой как страшно!

— Предъявите карточку личности, — мужчина отложил документы и выжидающе уставился на меня.

Карточку личности? Паспорт, что-ли?

— Утеряна, — вздохнула я.