Рыжая

Зверю не удалось пробить ее слишком глубоко, поэтому не хватало лишь небольшого кусочка кожи, вырванного чужими зубами.

Будто подтверждая мысли Ирины, что удача не обошла их сегодня стороной, Ра дернулся, а потом и вовсе поднялся на ноги. Видимо, до этого он лежал из-за шока, в который впал из-за нападения и боли. Ничего подобного с ним ранее не случалось, поэтому его тело явно испытало сильный стресс.

– Не вставай, – потребовала Ира и аккуратно заставила малыша снова лечь. Чем больше он сейчас будет двигаться, тем сильнее пойдет кровь.

Детеныш неохотно подчинился. Лежа на земле, он выжидающе смотрел на Ирину, будто верил, что она может избавить его от ужасных ощущений в боку. Этот взгляд заставил ее снова испытать сильную вину. Вздохнув, Ира затолкала ее как можно глубже, чтобы не мешалась. Сейчас необходимо собраться, а не предаваться самобичеванию.

Успеет еще сгрызть себя, сейчас главное – Ра.

Малышу явно не нравилась своеобразная повязка на теле, которую соорудила Ирина. Он несколько раз пытался дотянуться до нее, но его шея не была достаточно гибкой для такого трюка.

Когда он лег на землю и попробовал стянуть мешающий предмет с тела путем трения, Ире пришлось отчитать детеныша. Результат был, только недолгий. Вскоре она заметила, как Ра очень подозрительно бродит рядом с деревьями. Ирине не составило труда понять, что задумал ее беспокойный ребенок.

Еще недавно Ира планировала каким-нибудь образом уговорить ящеров остановиться хотя бы ненадолго, чтобы она могла подготовить глину для лепки.

Они действительно остановились, вот только Ирина и думать забыла о глине. Все ее внимание было направлено на раненого малыша.

Самое интересное, что Ира не просила главного об остановке. Просто так вышло, что в тот день они никуда не пошли. И на следующее утро никто даже не подумал собираться. Рептилоиды выполняли свои обычные обязанности, время от времени поглядывая на Ирину, зорко следящую за Ра.

В итоге минуло уже четыре дня, а отряд продолжал оставаться на месте.

Джабай все это время наблюдал за Ирой.

Почему-то ему было приятно узнать ее имя. Оно оказалось очень красивым и прекрасно ложилось на язык. Было в его произнесении странное удовольствие, корней которого он не понимал.

Оно походило на победный клич, на радость от успешной охоты, на предвкушение, текущее по венам.

Когда она представилась, первой мыслью Джабая было то, что он никогда не слышал ничего подобного ранее. Такое имя не было известно их племени.