Рыжая

Голова их гостьи имела довольно крупный размер. Не было никаких сомнений, что она, постаравшись, сможет проглотить малыша.

Ира не шевелилась, опасаясь, что любое движение спровоцирует атаку. Она видела в роликах, как быстро могут нападать змеи, впиваясь клыками в своих жертв.

Малышу явно не понравилось, что его перестали гладить. Он заворчал, заелозил, поворачивая голову в сторону Ирины.

Дальше все происходило очень быстро. Змея бросилась вперед с разинутой пастью. Ира резко убрала детеныша с линии атаки и подставила для укуса непонятно как оказавшуюся в ее руке палку.

Даже под пытками она никогда бы не смогла вспомнить, как заметила рядом эту ветку и успела не только схватить ее, но и выставить перед собой.

Ощутив нечто твердое, пасть рефлекторно захлопнулась. Змея, еще не осознавая, что ее обманули, начала сворачиваться кольцами вокруг своей «добычи». Видимо, прежде чем съесть кого-то, она предпочитала жертву задушить.

Судя по такому поведению, можно было предположить, что змея не ядовита. В ином случае ей было бы достаточно подождать, пока жертва не умрет от яда, а потом съесть, не подвергая себя лишней опасности.

Впрочем, ничего нельзя было исключать.

Пока змея крутилась вокруг ветки, Ирина торопливо проверила малыша. Вскочив на ноги, она подхватила его на руки и отнесла в сторону, намереваясь как можно скорее убраться от этого места подальше. Ее взгляд невольно зацепился за камень.

Ира сглотнула и остановилась.

Ей хватило секунды, чтобы принять решение. Убедившись, что поблизости нет больше никакой опасности, она опустила детеныша на землю, а сама подхватила камень и бросилась к змее.

Это была еда! Единственная возможность съесть хоть что-нибудь. И дело не только в собственном голоде, но и в том, что малышу требовалась пища. Он и так ничего не ел сразу после рождения.

Ей не было страшно. Скорее, она ощущала злость и даже некоторую ярость. Что-то подобное Ирина чувствовала в далеком детстве, когда на нее напала соседская собака. Если до нападения Ира опасалась чужого пса, то во время инцидента в нее будто сам дьявол вселился.

Ира просто схватила свой ранец и повернулась к опасности лицом. Она помнила, как страх, сжавший на мгновение сердце, почти сразу сменился решимостью. Ирина тогда не думала о ранах, она отбивалась всем, чем могла, готовая убить, если понадобится. А ведь в остальное время она всегда была жалостливой ко всем живым существам.

Так и сейчас. Замахнувшись, Ирина с силой опустила камень на голову змеи.