Как приручить злодея

Я? Нервирую? Того, кто пытается меня убить?

– Я не могу это контролировать, – не сдержавшись, огрызнулась я. – Вы меня пугаете, мистер Стирр.

Он недобро усмехнулся.

– Раз уж мы женаты, к чему эти формальности? Зови меня просто… Нокс.

– Ж-женаты? – заикаясь переспросила я, чувствуя, как страх медленно перерастает в шок.

Он тяжело вздохнул, закатил глаза и продемонстрировал свое запястье с черной меткой.

– Ты вообще знаешь, что это такое? – я отрицательно качнула головой. Он скрипнул зубами и пробормотал про себя – «еще и необразованная».

– Это – брачная метка. И тот факт, что она появилась у нас обоих, означает, что мы с тобой – истинная пара.

Неподалеку раздался грохот. Это Аксель, услышав его слова, покачнулась и приземлилась на пятую точку. Я даже не удивилась. Не удерживай меня Нокс, меня ждало бы то же самое.

Не то, чтобы я никогда не слышала об истинных парах. Мужчинах и женщинах, связанных друг с другом незримыми узами абсолютной, всепоглощающей любви. В книгах, истинность называли даром богом.

Благословляют ею в основном сильных магов. Вроде как, им нужен свет, якорь, стержень, баланс... Как не назови, смысл не меняется. Это просто тот, кто позволит уравновесить избыток магии и не даст своей второй половине с ума сойти.

По крайней мере, теперь мне понятна реакция блондина. И пусть вел он себя грубо, вымещая свой гнев на мне. Потрясение его я полностью разделяла.

­– Какая-то несусветная чушь! Я убеждена, вы ошибаетесь!

Он невесело хмыкнул, оттолкнул меня от себя и демонстративно вытер ладони о плащ.

– Хотелось бы и мне в это верить. Но факты, детка… – Нокс кивнул на мое запястье. Я поспешила натянуть на него рукав. – Они неоспоримы.

– Это не факты, а разводы грязи, – не желала я сдаваться. ­– Мы просто с вами испачкались.

Он посмотрел на меня так, словно я внезапно превратилась в навозную кучу, и поморщился. ­

– Гнилостный смрад! ­– выругался он про себя. – Это же надо, связать меня с глупой, грязной оборванкой. С тощей, как спичка трусихой. С не имеющей в себе ни капли стоящей магии, наивной, как младенец девственницей.

Я возмущенно охнула и отступила прямо к магическому барьеру. Пересечь его я не могла, но близость Аксель помогала поддерживать дух.

– С… с чего вы взяли, что я девственница?

Блондин усмехнулся.

– То есть, другие эпитеты не смущают? Да тебя же читать можно, как открытую книгу, где на каждой странице нарисован гребаный единорог, – он покачал головой. – Все же в одном ты права - этого не может быть.