Попасть в сказку и не выйти замуж?

- А, может, не надо? Она же опять голосить начнет, - равнодушно предупредил нас Любомир.

Я подошла к кроваво-красному алтарю, который находился за спиной Прохора и, нагнувшись над лицом Малаши, спокойно, почти ласково, спросила:

- Ты же не будешь кричать?

Девушка замотала головой и жалобно замычала.

- Вот и хорошо, вот и молодец, - вытаскивая изо рта боярышни чистый носовой платок с изящной вышивкой, продолжала угрожать: - А если ты перестанешь слушаться и начнешь орать, мы будем вынуждены сделать тебе больно, очень больно.

Ты меня поняла?

Малаша преданно глядя мне в глаза, быстро закивала головой и ответила тихим голосом:

- Да, да, я все поняла. Я буду молчать.

Прохор смотрел на нас, неестественно выгнувшись дугой. Баба Яга, будто только сейчас это заметив, вновь с явным удовольствием шлепнула его пониже пояса. А из бабульки выйдет очень даже способная «госпожа», ей только нужно колдонуть кожаный бюстгальтер с шортиками и, обязательно, плеточку. Тьфу ты, куда это меня понесло!

От очередного шлепка боярич дернулся, как ошпаренный:

- Не трогайте ее, она тут ни при чем! – заорал доходящий до нужной кондиции касатик.

- А кто тогда при чем? – ловя его на слове, спросила я.

- Я не знаю! Но не она! – орал, как оглашенный, наш крепкий орешек.

Любомир с Тихоном споро привязывали Малашу к гранитной плите. Ее заметно трясло от страха, и она чуток подвывала.

Баба Янина выбрала тонкий упругий прут и взмахнула им перед Прохором. Молодая хорошо вымоченная розга изогнулась дугой и вновь выпрямилась с характерным свистом, старушка довольно улыбнулась своему выбору орудия труда, пардонте, пыток.

- Ну что ж, Малаша, рассказывай, как прокляла царевича Елисея? – задала вопрос Янина и хлестнула девушку по ногам.

Та взвыла тоненьким противным голосом, чуть подвывая.

- Не я это, не проклинала, он же мне как брат, - причитала боярышня.

- Ну вот, а обещала не кричать, - капризно дула я губу. - Нет тебе веры, дочь боярина Ротмира Родановича!

Малаша, почти до крови закусила нижнюю губу, подавляя рыдания.

Прохор пытался развернуться к девушке лицом или хотя бы одним глазом, но «госпожа» Яга была на страже. И допрашиваемый красавец мог только догадываться, что творится за его спиной. И, судя по бугрящимся мышцам, в кровь истертым кистям рук и каплям пота, скатывающимся по вискам, воображениеупертого орешка работало на полную мощность.

И вновь послышался свист прута, Малаша жалобно и протяжно заскулила.