Попасть в сказку и не выйти замуж?

Вдруг над базарной площадью пронесся громкий крик:

- Держи вора!

Какие-то крепкие мужики побежали в нашу сторону, пытаясь догнать щуплого паренька. Я подхватила Ваню и прижалась к стене дома. Тихон помчался парнишке наперерез, остальные стрельцы пытались заблокировать воришку в трех направлениях. Пострадавшая сторона в виде крепких мужиков тоже бежала, чтобы принять участие в операции по поимке преступника, и надвигались они аккурат на нас с Ванькой.

Я никогда не посещала общественных мероприятий с сыном, чтобы не оказаться в центре неконтролируемой толпы.

И нате - нарвалась. Взяв ребенка на руки, прикрыла собой. Ожидая удара, пыталась сгруппироваться. Вдруг нас заслонила широкая спина, и именно она приняла весь удар на себя. Когда толпа немного рассеялась, мы смогли рассмотреть лицо нашего спасителя. Оно показалось мне немного знакомым.

- Добрый день, Мария Васильевна и Иван.

- Здравствуйте. А вас как звать-величать?

Это я что, кокетничаю? Прелесть какая!

- Меня зовут Любомир.

Я главный конник государя нашего.

Точно, вчерашний вечер, факелы, кони… без кольчуги и шлема я его не узнала. Хорошенький. Тпруу, буренка! Ты же с ребёнком. Некогда нам тут слюни пускать. А мы оказывается уже популярные. По имени-отчеству знают как величать. То есть, следят за нами и явно, и скрытно. Учтем.

- Приятно познакомиться.

Ванька на него подозрительно косился.

- Мама, это кто?

- Это дядя Любомир, поздоровайся.

- Здрасьте.

- А вы не подскажете, как пройти к царю, что-то мы нагулялись?

- Позвольте, я вас провожу в царский терем, - и предложил мне руку.

На руку посмотрела с большим подозрением. Вон Елисей с Марфой за огородами звездами полюбовались, и теперь он на ней жениться должен. А вдруг я конника за руку возьму, а меня на лобном месте камнями закидают, как гулящую. Поблагодарила за помощь, перехватила Ванятку за ручку, так, что он оказался между мной и воем, и мы степенно пошли к месту назначения.

Когда мы вернулись в царские палаты, оказалось, что договор на оказание колдовских услуг готов, и от меня требовалось только поставить подпись.

КРОВЬЮ! На просьбу почитать оную бумажку царь вылил на меня ушат презрения и ведро разочарования, усомнившись во мне, как в благородной деве. На что пришлось ответить с демонстративным безразличием, мол, если в моих услугах не нуждаются, то пусть Ваши детки до самой пенсии ходят такие красивые и с такой четкой дикцией, от этого не помирают, а нам домой надо.