Попасть в сказку и не выйти замуж?

- Поклонников, вроде, ни у кого тоже не было, мы ж не Европа, чтобы быть дамой сердца аж у трех-пяти рыцарей! Тьфу ты, срамота. У нас такое непотребство не потерпят. Или сватайся, или не пудри девке мозги! – воспылала праведным гневом Варвара.

- Так, может, поклонник и рад бы свататься, да по какой-то причине отказа боится? – продолжала я настаивать.

И тут Малаша ойкнула и побледнела. Боярин Ротмир сдвинул брови и цыкнул на дочь.

- И шо енто ты на нее шикаешь, окаянный? – почуяв неладное, встряла в разговор притаившаяся до этого баба Яга.

Боярин пытался что-то возразить, но старушка зыркнула на него горящими очами, и тот замер. Да-да, именно красными глазами, полыхающими настоящим огнем. Видимо, мой сухонький эксперт немного колдонул.

- А теперь, Малашенька, рассказывай про своего воздыхателя, а ты, Варварушка, дополнишь, если сестренка твоя что-нибудь упустит, - елейным голосом пропела Яга.

От ее речей даже у меня все внутри затряслось, и захотелось признаться во всех своих прегрешениях.

Боярин Ротмир смог только скосить на дочурку свои недобрые глаза, но Малаша смотрела только на бабу Ягу, как заворожённая. Хотя, почему как? Может, бабулька ее именно заворожила?

- Не было у меня ни поклонника, ни воздыхателя. И повода так думать я никому не давала, - оправдывалась бледная Малаша. – Нам тятечка с раннего отрочества объяснял, что честь свою нужно пуще жизни беречь!

- А зачем же вы тогда с Елисеем за огородами гуляли, если так о своей девичей чести печетесь? – потерялась я в обычаях русских сказок.

- Ну как вы можете так плохо думать, а тем более говорить о царевиче Елисее? – возмутилась Варвара. – Он же за огородами о поругании нашей чести и не помышлял!

Детсад какой-то! Если о поругании чести не думал, зачем поздним вечером гулял? Днем, при свете ясно солнышка оно как-то безопаснее. Да и отцы приглашенных девчонок шею за компрометирующие их дочерей прогулкине начистят! Хотя, может, ночные грядки - это обязательный атрибут сказочной романтики?

- То есть, Елисей не считается? – уточнила я.

Обе красавицы дружно мне закивали.

- А кто считается? – допытывалась я.

Малашу под неморгающим взглядом Яги аж затрясло, но она продолжала:

- Боярич Прохор как-то на ярмарке пытался мне леденец на палочке подарить, да я отказалась подношение принять, - чуть ли не ревя, пищала Малаша.

- Сестренка с тех пор одна на улицу не выходила, либо со мной, либо с няньками, либо с родителями, – пыталась оправдать Малашу Варвара.