Лекарки тоже воюют.

Я оглянулся и увидел, что мои парни уже закончили вязать всех подчинённых Грэна и уложили их на землю рядом с начальником.

- Щенок, ты хоть понимаешь, что тебе за это будет?!

Перед глазами всплыло воспоминание, как Син с нахальной улыбкой, смеясь, отвечала на подобный вопрос: «Ничего!». Хмыкнув, я от души пнул старшего индюка по ребрам и, махнув парням рукой, вновь принялся обшаривать полигон. Теперь мы это делали более тщательно, неторопливо, обыскивая каждую канаву, осматривая технику, стоявшую поодаль.

Лишь через пятнадцать минут я наткнулся на машину, за колесом которой сидела скрюченная фигурка мелкой и мерно покачивалась. В этом запуганном зверьке с трудом узнавалась веселая и вечно смеющаяся Син. Она вся сжалась, даже, казалось, уменьшилась в размере. Сидя за колесом грузового тягача, перевозившего орудие, маленькая, согнув ноги в коленях, зажав уши руками и зажмурившись, тихонько раскачивалась. Цвет лица у нее был серым, губы синими, из угла рта текла тонкая струйка крови, от того что маленькая, сжав зубы, прокусила губу.

Син прерывисто дышала, а плечи слегка вздрагивали при каждом выстреле. Остолбенев, я не знал, как к ней подойти, чтобы не напугать еще больше. Хотя, куда уж больше?

Я подал сигнал Ронэру:

- Прекращай стрельбы! Ей необходима тишина! Я ее нашел! – орал я во все горло, чудом перекрикивая шум орудий.

Я подлез под машину к Син и, подхватив ее на руки, вытащил на белый свет. Она сначала никак не отреагировала на мои действия, продолжая вздрагивать.

Ее тело было сильно напряжено. Я поднял не стройную девушку, а камень, твердый и холодный, и крепко прижал ее к груди.

- Син, очнись, уже все хорошо, сейчас все закончится, - успокаивал я ее, прижавшисьгубамик макушке.

Услышав мой голос, она чуть приоткрыла глаза, в них стояла настоящая паника, которую маленькая титаническими усилиями пыталась сдержать. Во взгляде промелькнуло узнавание, и тело девушки понемногу начало расслабляться.

Орудия стали стрелять все реже и реже.

- Ты как? – спросил я, пытаясь разговорить девочку.

- Плохо, - хрипло ответила она.

- Домой? – обрадовавшись ее ответу, спросил я.

- В госпиталь! – спрятав лицо у меня на груди и засунув холодные руки под рубашку, ответила Син.

Меня пронзило током, и пришло осознание правильности происходящего. Я держу на руках именно ту девушку, которую должен, и защищаю самого дорогого для меня человека.