Лекарки тоже воюют.

Что ж, новый образ юной школьницы мне определенно нравился. Конечно, не приходилось сомневаться, что, как бы я ни хотела соответствовать среднестатистической школьнице, затеряться в толпе своих одноклассников мне никак не удастся. Туринцы - народ смуглокожий, черноволосый и кареглазый, и я со своей бледной кожей, светлыми волосами и зелеными глазами все время буду находиться в центре внимания. Ну, мне не привыкать! Вперед, к новым свершениям!Но для начала познакомлюсь с остальными членами своей новой семьи. Будем надеяться, что все пройдет мирно, так сказать, в дружеской атмосфере.

Взяв с собой свой новенький школьный рюкзачок, я направилась в столовую.

Весело напевая себе под нос походную песенку нашего славного госпиталя, я влетела в большущую комнату с высокими потолками, колоннами, широкими окнами, в разноцветных витражах которых переливались лучи солнца. В центре этого просторного зала стоял стол, накрытый горой разнообразных блюд, манящих к себе упоительным запахом еды. Это у них называется завтраком, что же тут творится во время званых обедов или семейных ужинов? Я обвела присутствующих взглядом и на автомате отметила, что кроме мамы и моего генерала, присутствовали еще мужчина и женщина, примерно возраста моей мамы, явно туринской наружности, причем женщина отдаленнобыла похожа на хозяина дома, и молодой парень, внешность которого резко отличалась от туринской.

Он был высок, широк в плечах, и, судя по прямой спине, явно с военной выправкой, русоволос и голубоглаз. Для меня это оказалось большой неожиданностью, потому я, резко затормозив,бесцеремонноуставилась на парня. Зная от моего генерала, что у него имеется наследник – сын от первого брака, и, коли голубоглазый присутствовал на семейном завтраке, то можно сделать вывод, что этот парень и являлся сыном туринского генерала. Вот только светлая кожа, разрез глаз, русая, коротко, по-военному подстриженная шевелюра и ясные бирюзовые глаза у меня никак не ассоциировались с наследником прославленного туринского рода. Единственное: темные, густые ресницы, обрамляющие его холодные глаза, пронзающие меня в данный момент, говорили мне о том, что какая-то часть туринской крови в этом красавце присутствовала.

- Син, что ты там застыла? Не стесняйся, присоединяйся к нам, сейчас я тебя со всеми познакомлю, - смеясь, пригласил меня за стол мой генерал.

Конечно, он меня за два года уже неплохо изучил, и знал, что моей, не в меру общительной натуре, абсолютно несвойственно смущение.