Хозяйка усадьбы с секретом

– Госпожа, позвольте вас раздеть, белую рубашку…

– Нет, спасибо, выйдите, я сама справлюсь и позову вас, – мысленно приготовилась к препирательствам, но та неожиданно поклонилась и покинула палату.

– Хорошая, светлая, только болезнь повсюду витает, – из кармана высунулся Прокоп.

– Поможешь платье снять? – мне было больно поднимать руки. – Подозреваю, что под платьем всё, что у меня осталось на дальнейшую жизнь. Не хочу, чтобы кто-то видел.

– Помогу, пригрелся рядом с тобой, немного магии подтянул из нашего спутника.

Силы есть.

– Он маг? – охнула я то ли от удивления, то ли от боли. Платье взмыло вверх, домовой знал своё дело: со стонами, но я сняла платье, а под ним оказалось ещё одно, несколько украшений были вшиты в потайные карманы, там же я нащупала золото, но распарывать некогда, да и незачем. Второе платье пошло легче, а вот под ним оказался чёрный корсет, в который умело спрятали и драгоценные камни, и украшения, и странные чёрные квадратики.

– Дай один, – взмолился домовой. — Редкий магический накопитель.

Я, не задумываясь, отдала, уж не знаю, сколько он стоит, но Прокоп практически два раза мне жизнь спас.

– Бери, без тебя пропаду. Твои советы ой как сейчас нужны, ты постарайся в обморок больше не падать, – я погладила домового по светлым волосам. – А где Барсик?

– А он пытается подружиться с Белянкой, – рассмеялся счастливый домовой. – На молоко надеется.

Зайдя за ширму, сняла нижнюю рубаху, возле стены стояло небольшое зеркало. Смотреть на себя было страшно, по правому боку разливался огромный синяк.

По рукам и ногам было ещё с десяток, если не больше. Не пожалели крестьяне, похоже, за всё отомстили барыне Софи. Только бы не встретить их больше. Неизвестно, успокоились они или нет.

Тело было молодое, стройное, можно сказать спортивное, помню, что барыни любили на лошадях кататься. Тоже спорт.

Облачившись в больничную рубаху, с помощью домового спрятала драгоценности. После употребления странного чёрного артефакта тот набрался сил, вновь стал высоким, мне по колено, и пообещал, что платья никто не увидит.

Ни один камень не пропадёт. Его цепкие пальцы и глаза не позволят, всем взгляд отведет.

– Сестра! – тихо позвала я, но та услышала и тут же вошла. – Я готова к осмотру. Скажите, как там мой брат? Жить будет?

– Будет, – кивнула женщина. – Если живым привезли, то наш Илья Владимирович на ноги поднимет, не сомневайтесь. Сейчас позову.

Через несколько минут в палату вошёл невысокий полный мужчина.