Почти жена

Мы полетели тихо-тихо, и может из-за того, что я не поднимала головы, зрителям показалось, что я плачу.

- Что это? Лея Ра перестала охотиться за шарами? – с плохо скрытым ехидством спросил комментатор и тут же добавил со лживым сочувствием. – Конечно, матч такого уровня не по плечу неопытному новичку. Можно только посочувствовать девушке, зная, насколько накаляются страсти после матча!

«Сейчас они у вас ещё не так накалятся». – мстительно подумала я. До окончания периода оставалась всего одна минута, когда Гра повторил свой фокус с таном – подставил под падающий шар голову, а потом спустил его ко мне по своей шее.

Когда мои руки легли на гладкую и такую хрупкую поверхность, сердце замерло, а я сама, кажется, забыла дышать. Если Гра ошибся, Леци меня убьёт. И ребята никогда не придут проведывать меня к Древу Душ. Но если… Я зажмурилась и легонько сжала ладони.

Шар жалобно звенькнул, и в этот миг время остановилось. Я видела, как ко мне медленно поворачиваются лица соперников и наших ребят, как губы Леци произносят то, чего не должны слышать нежные уши молодых девушек.

- Что это?! – взвыл комментатор. – Слепое везение или внезапное прозрение игрока?

Время отмерло, продолжило свой ход, и оказалось, что на самом деле прошли какие-то доли секунды. Игра покатилась дальше, накалилась до предела, но до перерыва пятым удалось разбить всего лишь один наш тан, упавший на поле. Леци же, вывернувшись из тисков опекающих его соперников, успел разбить красный тан в воздухе, и выиграл ещё пять очков.

Зрители на трибунах вскочили и закричали так оглушительно громко, что труба, возвещающая конец периода, была почти не слышна. Судьям пришлось давать отмашку, чтобы остановить разошедшихся игроков.

Мы сели на поле, сбившись в кружок.

Леци остро взглянул на меня:

- Как ты?

- Никак, - криво усмехнулась я. – Ничего не вижу. Это сок…

Он кивнул. Парни смотрели на меня, явно не понимая, что происходит.

- На Лею не рассчитываем, - не счёл нужным объяснять, что со мной случилось, Берн.

Все и так видели, как я валялась в полуобмороке возле судьи по спорам.

- Будешь очень осторожно собирать видимые таны. И никуда не лезь! Я же сказал ничего не делать, тянуть до конца периода. Откуда ты взяла этот тан? А если бы он тоже оказался нашим?

Это упоминание о моей двойной ошибке было обиднее, чем то слово, сорвавшееся с его губ, когда я лопнула последний тан.