Право волка

— Они не беспокоились о вас, зная, что ты носишь ребенка. Могу сказать одно: больше навредить не смогут.

— Больше никто не причинит вам вреда. — Арнар не мог себя заставить отойти хотя бы на шаг и сел рядом, оставив переднее сиденье пустым. И сейчас, сидя на заднем, подхватив на руки, пересадил девушку к себе на колени, стиснув, прижался всем телом.

***

В полной тишине они въезжали на территорию особняка. Вела выбежала из дома в тонком платье, забыв накинуть верхнюю одежду, и в домашних туфлях. Она спешила навстречу, не заботясь о том, промокнут ли ноги.

Красивое лицо сохраняло следы слез.

— Эля?! — спросила взволнованно.

— Мит привезет ее позже, с ней будет все в порядке. Ты же знаешь, я никогда не вру. — Обняв сестру, Ар заводил ее в дом. — Небольшой порез, Константину нужно время обработать.

При слове «порез» всплыли ненужные кадры, и Лилю затрясло.

— Я хочу в душ.

Уняв дрожь под горячими потоками, Лиля настроила воду прохладней и тщательно мылила каждый сантиметр кожи. Этого показалось мало, и она повторила.

Намылила мочалку до густой пены, снова и снова растирая кожу.

В спальне ожидал Ар. Он успел привести себя в порядок и переодеться.

— Я сейчас. — Лиля вернулась в ванную и, собрав разбросанную одежду, без сожаления сунула ее в мусорное ведро.

— Тебе нужно отдохнуть, нам всем нужно отдохнуть, — с этими словами оборотень запахнул плотнее огромный халат, укутывая Лилю.

— Только не уходи, — донеслись слова, которые Арнар жгуче желал услышать давно. Обстоятельства, при которых девочка их произнесла, делали их искреннее, но горше.

— Здесь вы в безопасности, — шептал он в девичью макушку, прижимаясь губами еще к влажным волосам.

— Спасибо, — шептала Лиля, прижавшись щекой к горячей груди. — Мне кажется, мы бы не вышли из той аудитории живыми.

— Тебе не кажется, — прошептал Ар и замолчал. Следовало промолчать, а не волновать более. — Поспи.

— Я не усну. Когда закрываю глаза, слышу крики.

— Закрывай глаза, я помогу. Вспомни то, что тебя радует.

Ар не знал, о чем думала девушка, но страх и ужас покидали ее мысли.

Он не мог полностью убрать боль и тревоги, но закрепить в сознании приятные ощущения старался всеми силами.

Оставив спящую девушку, аккуратно поднялся с постели. Быстро одевшись, шагал на голоса, петляя по коридорам.

Как только он покинул свое крыло, с лица сошло умиротворение, сменившись задумчивым сосредоточенным выражением. Мягкая улыбка, с которой он успокаивал Лилю, превратилась в гримасу боли.