Я у мамы зельевар

Это явно было написано на моем лице, потому что Айварас всё понял и только фыркнул, отбросив на спину платиновые волосы.

Да, красив, что тут скажешь. Рост, размах плеч, телосложение – хоть сейчас на обложку любовного романа пани Ёршис, которая, говорят, сумела привлечь в клуб своих поклонниц саму дочку короля.

Красивые черты лица, синие, как латрийское небо весной, глаза, прямой нос, мужественный подбородок. Длинные волосы, по цвету способные поспорить с лунным светом. Узкие ладони, изящные пальцы, на которых надеты некромантские перстни.

И крестообразный шрам на шее – цапнуло умертвие во время одного из налетов на город.

Из одежды только черные брюки, поэтому можно в деталях рассмотреть обнаженный торс с хорошо развитой мускулатурой и пресловутыми кубиками на прессе.

Айварас Каус – дипломированный некромант, завидный жених, владелец дома… Мечта, а не мужчина. А ещё… мой сводный брат, с которым мы грыземся от души по любому мало-мальски значительному поводу.

В своё время моя матушка Гражина Торба безумно влюбилась в красивого и молодого колдуна, оставила родную Польху и перехала в Латрию. Молодой и красивый колдун вскружил ей голову, закружил в водовороте страсти и откружил в неизвестном направлении, когда стало ясно, что у большой Торбы вот-вот появится маленькая Торбочка.

Матушка, как полагается обманутой честной девушке, немного пострадала, послала парочку проклятий на голову нерадивого колдуна и осталась в Латрии – обустраивать зельеварческое дело и воспитывать дочурку.

В конце концов, местные её приняли очень хорошо и помогали чем могли. Так я и росла до четырнадцати лет.

А потом матушка встретила Мита Кауса – энергичного торговца артефактами из Лиритвы. Искра, вспышка, ураган – свадьба. У Мита был сын старше меня на шесть лет – Айварас. Уже тогда он окончил академию и поступил на государственную службу. Ох, и бегали за ним все соседские девчонки! И не соседские – тоже.

Одна я восприняла его как приложение к отчиму, которому, кстати, очень симпатизировала – да и он относился ко мне как к родной.

На тот момент мой характер оставлял желать лучшего (Айварас и сейчас скажет, что я не подарок, но он просто зануда), поэтому ссорились мы постоянно. Братец не мог принять, что какая-то мелочь не воспринимает его, прекрасного и великолепного, а мелочь не могла понять, почему вообще должна кого-то воспринимать.