Зверь-из-Ущелья. Бастард и Жрица

В груди разрасталось тепло, сила струилась под кожей.

Ты ведь слышишь меня, правда? Не можешь не слышать.

В день свадьбы я подарю амулет подруге, своей дорогой Тире, и она станет ещё счастливей. Надену его невесте на шею и обниму на счастье, и, может, её радость сможет хоть немного меня согреть.

Слёзы покатились по щекам, руки упали на колени плетьми.

Я рыдала и не могла остановиться – боль рвала грудь острыми когтями, выворачивала наизнанку. Держалась до последнего, но нарыв созрел и вскрылся, выворачивая рёбра и всё, что скопилось под ними.

Как же так? Нельзя мне плакать, иначе камни напитаются не любовью и радостью, а горем и отчаяньем. Свои чувства надо держать под замком. Я жрица и не могу позволить себе эту слабость.

Но я и была слабой. Эгоистичной. Вечно потакала своим капризам.

Прав отец и права Матушка Этера. Но всё равно так больно… Невыносимо.

И чужая радость как соль на открытую рану.

Дав себе пару пощёчин, я отдышалась и продолжила работу.

Голос охрип, но по венам бежал искристый золотой жар. Он вливался в металлические лепестки, и те расправлялись, дрожали, камни довольно гудели, выпивая мою силу, читая намерения.

Я справлюсь.

Я не подведу тебя, Тира.

Глава 11. Чувства бастарда

Реннейр

Мы усиленно готовились к походу. Разведчики – лучшие и самые надёжные ученики, всё это время по крупицам собирали информацию о Топорах: где их последний раз видели, с кем водились. Удалось схватить пару подельников из местных, но те даже под пытками не смогли дать ответ – банда хорошо прятала свои секреты.

Искатели, в свою очередь, обещали выделить несколько крепких ребят для моего отряда. Конечно, то, что разбойники как-то обходят их охранные амулеты и заметают следы, усложняет дело, но после войны меня уже ничто не пугает. Недаром меня прозвали Зверем – вытащу их из норы, где бы они ни прятались.

И сейчас, пока солнце не начало припекать, я гонял ребят по утоптанной площадке.

Демейрар тренировался подчёркнуто отдельно. Иногда я ловил полный раздражения взгляд брата. Его бесило, что отец отправляет его, изнеженного маменькиного сыночка, ловить каких-то отморозков в горы, которые он терпеть не может. Как и то, что придётся отправиться в поход под моим началом.

Я невольно усмехнулся. Для гордости наследника подчиняться бастарду – это сокрушительный удар. Наверное, ему стоит всё-таки посочувствовать.