Охота на попаданку. Бракованная жена

Совсем совести нет.

— Пустите! — кричала я. — Не смейте!

На мои вопли никто не реагировал. Разве что Авелина залилась противным хохотом.

Баронесса кивнула женщине в переднике, и та достала из кармана ножницы. Большие и ржавые. Я в ужасе застыла. Этим она будет меня стричь? Да у меня же все концы посекутся! Парикмахер во мне бился в предсмертных судорогах. В самом страшном сне не могло привидеться, что меня будет стричь малограмотная тетка тупыми ножницами для резки бумаги.

Я крутила головой, не даваясь ей в руки.

Но, увы, сделала только хуже. От моего сопротивления пряди она срезала неровно. Впрочем, сомневаюсь, что сиди я спокойно, результат был бы лучше.

Женщина хватала пряди моих волос, с силой оттягивала их от головы, будто хотела сорвать с меня скальп и разом покончить с унизительной процедурой. А потом она долго и упорно кромсала волосы ножницами.

Прядь за прядью летели на пол. Одна – длиннее, другая – короче. Никакой симметрии, стиля или вообще прически.

Одна тупая физическая сила и желание угодить хозяйке. Уверена, баронесса специально позвала неумеху, чтобы я в итоге выглядела еще ужаснее.

Все время унизительной процедуры я сражалась, как львица, но враги превосходили по количеству и силе. В конце концов, им удалось задуманное – меня насильно остригли. Когда с делом было покончено, служанка в переднике ушла, а вот лакеи остались и по-прежнему держали меня. Знали, если отпустят, – я тут же брошусь на баронессу и без всяких ножниц вырву ей волосы!

— Сволочи! Гады! — ругалась я, а по щекам от бессильной злобы катились слезы.

Голова раскалывалась. Меня будто за косу оттаскали, а то и вовсе сняли скальп.

Я посмотрела на пряди на полу и прикинула, насколько ужасно сейчас выгляжу. Судя по всему, у меня на голове теперь что-то вроде прически-ежика – короткие неравномерные клочья торчат в разные стороны.

В моем мире такое вполне могло сойти за модную стрижку, особенно если покрасить прядки в разные цвета.

Но здесь, как любезно сообщила баронесса, – это символ позора. Теперь мужчины будут бежать от меня, как от чумной. Наверняка, здесь женятся исключительно на девственницах, раз правила запрещают даже побыть с мужчиной наедине. Не видать мне замужества.

— Сейчас ты выглядишь так, как должно, — похвалила баронесса. — Твой позор увидят все.

— Но ведь это и ваш позор, — напомнила я.