Непутевая ведьмочка в академии колдовства

Мне старушку жалко стало, вот я и купила эти вещи. Все же в Брухен разные люди приезжают, некоторые специально ищут старинные вещи. Вот только именно от этой рухляди одни неприятности. То покупателю на голову свалятся, то у того, кто их потрогал, кожный зуд начнется.

Хозяйка лавки вздохнула и вытерла ладони о белоснежный передник, а мы с Руби переглянулись.

– Я уж и убирала их в подсобку, и пыталась подарить, и выбросить, но все без толку. Они будто живут собственной жизнью. Сами собой снова появляются на полке, и всегда в одном и том же месте.

Простите за доставленное неудобство. Я даже не представляю, как теперь быть. Раньше эти вещи, скорее, распугивали клиентов. Впервые вижу, чтобы пестик вот так к кому-то прикипел.

Руби с интересом уставилась на мою ладонь и сказала:

– Покажите, пожалуйста, ступку, шляпу и мешалку. Вдруг если их соединить вместе, то пестик к ним притянется?

Хозяйка лавки с сомнением посмотрела на дальнюю полку, но просьбу все же выполнила.

– Минутку. Сейчас все принесу.

Она прошла вглубь помещения, а я спросила у Руби:

– Думаешь, это поможет? Ты вообще раньше о таком слышала?

– Не знаю, поможет или нет, но мама рассказывала, что однажды они в академии решили подшутить над очень противной преподавательницей.

Та обожала свои принадлежности для колдовства. Мама с подружками хотела их заговорить, чтобы они выскальзывали из рук той ведьмы во время занятий. Но принадлежности устроили им такую взбучку, что мама о том случае до сих пор с содроганием рассказывает.

– Ничего себе, – пробормотала я, с опаской косясь на прилипший пестик.

Хозяйка лавки вернулась и выложила на прилавок потертую ступку, мятую черную остроконечную шляпу с сушеными темными цветами на полях и покрытую ржавчиной мешалку с длинной, тонкой ручкой.

Мда, вид у этого барахла, прямо скажем, отталкивающий.

Но стоило мне поднести к ступке злополучный пестик, как все четыре части комплекта соединились в кучу и намертво прилипли к моей руке.

– Помогите! – завопила я, пытаясь отдернуть ладонь.

Руби принялась тянуть ступку, хозяйка – шляпу, но все было напрасно. Пропыхтев четверть часа над моей рукой, нам пришлось признать, что толку от наших усилий никакого.

– А может, ты все это просто с собой заберешь? – с надеждой спросила Руби. – Скоро уже вечер, домой лучше вернуться засветло.

На ее личике отразилась такая мольба, что я просто не смогла отказать.

– Ладно. Сколько я вам должна за это все?

Хозяйка отшатнулась от меня и посмотрела, как на самоубийцу.