Алёша Попович

Трое сыскарей шли отдельно, причём Алёнушка взяла участкового под ручку, тем самым изображая прогуливающуюся вечером парочку. Поповичу стало неимоверно тепло на душе, словно он и впрямь женился и вместе с благоверной находился на свидании.

Ни он, ни девушка, никуда не спешили, Авось, глядя на них, лишь улыбался, поэтому на пристань они попали последними. Впрочем, как раз вовремя. Притаившиеся в засаде дружинники Фёдора Петровича незаметно проследили за подводой, доверху наполненной тюками из того же материала, что мелькнул в подвале, да и в кабинете князя тоже.

- Глупо как-то, - прошептала Алёнушка в ухо участковому, - заметно же, что одна и та же партия.

- Европейцы, - проворчал Алексей, - любят во всём порядок. Или немцы или голландцы.

- Неужто в Гореловке такие образованные парни есть? - тихонько прыснула княжеская дочь, - Разбираются в географии.

Подвода подъехала к крайнему в длинной череде кораблей и мягко остановилась. Двое мужиков спрыгнули на скрипнувшие доски пристани и принялись разгружать тюки.

Находившийся на корабле матрос исчез на пару секунд и тут же вновь вернулся. Рядом с ним стоял хорошо одетый человек, махнувший куда-то в сторону рукой. По трапу сбежало с десяток матросов, они схватили тюки и понеслись обратно. Да так быстро, словно по ним вели огонь из ружей.

- Это голландский корабль, - прошептала Алёнушка.

- Чего не знаю, того не знаю, - улыбнулся младший лейтенант, - не на всё хватило образования.

Девушка опять прыснула в кулачок и прижалась к плечу Алексея.

То ли князь побоялся, что корабль сейчас уйдёт, то ли ему хватило одной подводы как доказательства, но неожиданно отовсюду повыскакивали дружинники, скинувшие чёрные плащи и бросились к кораблю. Парочка бойцов завалила мужичков с подводы, крепко связав, остальные побежали наверх.

Сверху сразу же раздалось «Поднять якорь!», но никто ничего не успел сделать.

Алёнушка толкнула участкового в бок, и они неспешно поднялись на корабль.

- Что вы себе позволяете, я буду жаловаться великому князю!

- Конечно, - спокойно согласился Тёмный, - всенепременно жалуйтесь. Запрещённое на корабле есть?

- Ничего здесь нет!

- Обыскать, - князь повернулся к сотнику.

Один взгляд Фёдора Петровича и десяток дружинников буквально разлетелся по кораблю.