Алёша Попович

Отчего так редко заходишь?

- Ой, так занята, так занята, - Лукерья Степановна по жесту князя присела на скамейку, - и сейчас бы не зашла, да хочется чудо твоё увидеть, про которое весь Ростов судачит.

- Ты про русалку?

- Про неё, про неё. Да на этих непутёвых поглядеть, пропали, совсем не заходят. А меня Марья Ивановна уж очень просила за Лёшкой приглядеть, так просила, так просила. Говорит, деревенский, ничего не знает, враз тут опростоволосится.

Князь с дочерью удивлённо уставились на участкового, а дух удачи рассмеялся.

- Неча тут лыбу тянуть, - проворчала Лукерья Степановна, и кивнула на Алексея, - как он?

- Я бы сказал – неплохо, - протянул Василий, - шустрый парень, не знаю, зачем за ним приглядывать. Он у меня служит.

- Вот и ладушки, - согласилась знахарка, - он говорил, но, мало ли.

- Отвести тебя к русалке?

- Погодь, у неё чешуя есть?

- А то как же.

- Покажи.

Тёмный достал из ящика салфетку, в которой были завёрнуты чешуйки, принесённые участковым и вручил женщине.

- Они что, ядовитые? - напрягся участковый, - Мы их уже брали в руки, вроде ничего с нами не случилось.

- Это вам повезло, - хмыкнула знахарка, - русалки разными бывают.

- А эта какая? - спросил Василий.

- А из чешуи этой получится приворотное зелье.

- Любовное? - ахнула княжна.

- Оно самое, - кивнула знахарка, - и отворотное можно сварить.

- Хочешь, - предложил Тёмный, - я сдеру с неё всю шкуру и отдам тебе?

- Фу, папа, - поморщилась Алёнушка.

- Не пойдёт, - Лукерья Степановна тоже поморщилась, но по другой причине, - к сожалению, чешуя, взятая с мёртвой русалки, ценности почти не имеет. Слишком слабая.

- К слову сказать, Михаил ещё не приговорил её к казни, - хмыкнул Василий, - то есть, казнь будет, но пока откладывается. Под это дело можно собирать у неё чешую и тебе отдавать.

- Можно, - согласилась женщина, - а чего Мишка вдруг так?

- Хочет диковинкой хвастать.

- Это он правильно подумал, - опять согласилась знахарка, - нельзя упускать выгоду.

- Неужели приворотное зелье так популярно, - фыркнула Алёнушка, - что вы хотите чешую собирать?

- Молодёжь, - улыбнулась Лукерья Степановна, - в голове лишь одна романтика, люди в тридцать лет уже разочарованы, а в сорок их и всей дружиной с места не сдвинешь. Вот они и заказывают такие зелья.