Алёша Попович

Елизавета оказалась хоть и женщиной за сорок, но весьма миловидной и привлекательной. Если бы не бесцеремонная речь, Алексей счёл бы её вполне внушающей доверие.

В большом зале стояла жара и духота. Дамы обмахивались платочками и шляпами. Возле открытого окна сидело чучело, именно так показалось участковому, и каркало с французским прононсом. Прислушавшись, Алексей понял, что худющий Жорж всё-таки говорит по-русски, но сильно коверкая речь. И, очевидно, страдая от хронического гайморита.

Чучело носило одежду, сплошь увешанную перьями, бантами и разноцветными лентами.

Руки разлетались в стороны, словно крылья, создавая впечатление толстоватой цапли.

Вокруг Жоржа крутились женщины, которым он выдавал рисунки с изображённой яркими красками одеждой, называя цену. Даже по мнению Алексея, живущего в этом Ростове всего три с половиной дня, цены превышали все разумные пределы. Просто до хрена!

Елизавета всё трещала и трещала, без умолку и без смысла.

- Ты только посмотри, какую слоновую кость он привёз из самой Индии! - горячо шептала на ухо Алёнушке вдова купца Нестерова, - Из глубины диких джунглей.

Он показывал мне шрам, хо-хо, как интимно, на животе, оставленный дикарями во время погони за ним. Это лучшая кость, которую я видела за всю свою жизнь, а она, поверь мне, была немаленькой и насыщенной.

Женщина подвела княжну к столу, стоящему рядом с Жоржем и широко обвела рукой. Амулеты, браслеты, игральные кости, просто фигурки зверей.

- Это всё на удачу! - жарко, с придыханием произнесла Елизавета, - Кости берут дельцы, браслеты покупают для любви, остальное – по желанию. Вот, кстати, комнату я выделила для самой ценной одежды, самой модной. Её расхватывают мгновенно.

Вдова затащила Алёнушку в небольшую комнатку, где рядами висели на вешалках самые различные наряды: пышная юбка-пачка, полупрозрачное платье с широким разрезом, чулки с перьями павлина, рубашка, покрытая голубыми стразами, платье, напоминающее махровый халат, соломенные шляпы с такими огромными полями, что их требовалось поддерживать руками, лапти, расшитые бисером.

Княжна, ахнув, тут же бросилась щупать и трогать, примеряя платья к себе.

- Это слишком смело, - пробормотала она.

- А ты как хотела? - фыркнула Елизавета и пафосно добавила, - Мода требует жертв.

Алёнушка посмотрела на Алексея и покраснела. В этот момент в зале зашумели, закричали и, кажется, начали драться.