Кровавая ария

Костюмы, в которых выступал Финчи, давно отправлены на склад или в лучшем случае висят в костюмерной Ари. Я не думаю, что Утиде пол силу найти их там. Вероятнее всего, он полезет в грим уборную артиста и попытается припрятать письмо там.

— Логично. Но когда он сделает это? Ночью в театр не попасть, там заклятия и сторож. Только во время спектакля, — рассуждала чародейка, — но в какой день? И как мы поймаем его? Магический соглядатай не является доказательством.

— Я не даром говорил о блефе, — заявил коррехидор, — завтра в послеобеденное время мы являемся к Утиде, сетуем на недостаток улик, на нерадивых сотрудников, кои и гримёрку убитого обыскать как следует не способны, при том ненавязчиво, словно бы между прочим, под строгим секретом объявляем, что в воскресенье с утра, прямо с восьми часов, направляем в Королевскую оперу наряд гвардейцев с целью проведения полноценного и всестороннего обыска с целью нахождения письма либо каких иных улик, изобличающего супругу Утиды.

Таким образом мы не оставляем ему никакой другой возможности кроме вечернего спектакля. Убийца будет ограничен во времени: требуется сварганить ещё одно письмо и подбросить на место, ведь после полноценного обыска сие станет совершенно бесполезным. Мы создаём нервозную атмосферу, близость провала подхлестнёт его, и он обязательно попадётся в нашу ловушку.

— А где будем в это время мы? – чародейка подняла на Вила глаза, — гримёрка сравнительно невелика, мебели там особой нет. Сделать нас совершенно невидимыми – не в моей власти.

— Не думаю, что наш убийца бывал в гримёрке у своей жертвы. Установим там самую обыкновенную ширму, за ней мы и спрячемся. Ширма не должна вызвать подозрений: Утидо посчитает, что она всегда там стояла, либо ширму снесли туда за ненадобностью оной, а пустующая гримёрка – прекрасное место для временного склада. Пара корзин и ящиков великолепно дополнят картину.

— Ему нужен будет соответствующий ключ, — рассуждала вслух чародейка, — это дополнительная сложность.

— Ну-ка вспомните дверь Ари Дару.

— Она запиралась на ключ, я это отличнейшим образом помню.

— А дверь её брата Донни?

Перед мысленным взором Рики возникла достаточно обшарпанная дверь с номером и красующимся огурцом в широкополой шляпе. Облупившаяся краска, затёртая звёздочка из фольги, круглая деревянная ручка. Замочной скважины не было.

— Припомнили? – участливо поинтересовался коррехидор, — дверь костюмерной запирается, а вот грим уборные нет.