Хирургические убийства

Вы слышали когда-нибудь о госпоже Парк?

Рика и Вил ответили, что им ничего не известно о даме с такой фамилией.

— Так вот, — проговорил Эрнст, — после того, как мы с вами пересеклись в местах подобных «Бойцовскому клубу», было бы абсолютно бессмысленно попытаться скрывать, что я тоже не чужд поиска острых ощущений, посему и выход на салон госпожи Парк у меня имеется.

Он вытащил из кармана отрывные спички и положил их на стол.

— Адресок я запишу. Для того, чтобы попасть в салон, достаточно на входе сказать швейцару ключевую фразу: «Сакура опадает, и лепестки ветер уносит», — это фраза весеннего сезона.

Она обеспечит вам доступ к весёлому вечеру в кругу семейства Парк и их друзей. А вот, чтобы заполучить возможность окунуться в омут более серьёзных впечатлений, вам понадобится вот это, — он постучал пальцем по чёрно-фиолетовой картонке, к которой был прикреплён десяток странных спичек с лиловыми головками, — покажите спички любому члену семьи, и вам укажут дальнейший путь. Не стану исключать, что ваш кузен успел пройти по нему довольно далеко.

— Наркотики? – негромко поинтересовался Вил.

— Я вам ничего не говорил, — протестующе поднял руки Эрнст, — просто кивну головой, а вы уж истолковывайте мой жест доброй воли, как угодно вашей душе. Как я понял по магорафии, ваш кузен не из простых будет: форма закрытой школы, причёска и всё такое. Парки – пожалуй, самое приличное из всех подобных мест в Кленфилде, так что, если уж Денни где завис, то большие шансы, что там.

Однако, если вы вдруг вздумаете донести властям, на моё свидетельство можете не рассчитывать. Я стану категорически всё отрицать, вплоть до нашего с вами знакомства.

Рика крутила в руке странные чёрные спички, и они казались ей смутно знакомыми. Где-то совсем недавно ей на глаза попадалась такая же картонка с пурпурной орхидеей. Но где?

Их новый знакомый заторопился, сославшись на необходимость завтрашнего раннего подъёма, решительно отказался разделить счёт и, оставив щедрые чаевые, откланялся.

— Вам не показались спички знакомыми? – спросила Рика, у которой в душе занозой засело неприятное чувство дежа-вю, порождённое чёрной цветочной картонкой.

— Нет, — покачал головой коррехидор, — не думаю, что я где-то удостоился лицезреть их, подобная безвкусица непременно обратила бы на себя моё внимание.

— А у меня строго обратное чувство. Я точно видела такую картонку, но никак не могу припомнить, при каких обстоятельствах это произошло.