Хирургические убийства

— Вы, правда, придумали, как снять обруч, не воспользовавшись услугами кузнеца? Магия размыкания? – спросил Вил.

— Когда мне было пять лет, и бабушка только-только принялась учить меня азам некромантии, она принесла куриное яйцо, — принялась рассказывать чародейка, — у меня на глазах из яйца вылупился цыплёнок, принялся расти, превратился в пёстрого петушка, затем состарился и умер, рассыпавшись скелетом где-то через пять минут после произнесения заклятия. Не догадываетесь, о чём я?

Вилохэд отрицательно покачал головой.

— Мы с вами не можем разрушить или снять обруч, но я могу его состарить, и он превратится в ржавую пыль, — победно проговорила она, — мне нужно что-то, чтобы нарисовать пентакль, кусочки ткани для свечей, и обломки железа для контагионности.

Для того, чтобы начертать на полу большую, но весьма странную и неровную фигуру, Рика воспользовалась сахаром из початого мешка. Вил наломал семь железных обломков обруча от полусгнившей бочки, и каждым из них девушка потёрла обруч на животе духа.

Отдать хотя бы лоскутик от своей невыразимо грязной одежды Глыбарь отказался наотрез, не убедили его ни доводы, что соприкасавшаяся с ним ткань только усилит заклятие, ни то, что в истинном своём виде ему не будет нужды в грязной тряпке. Дух твёрдо стоял на своём. Тогда на запальники коррехидор пожертвовал батистовый носовой платок с вышитыми белым шёлком дубовыми листьями и личной монограммой. Вздохнув, чародейка протянула пахнущий скошенной травой — излюбленным одеколоном Вила кусочек ткани фамильяру, и та бритвенными клыками располосовала бедный платок на семь одинаковых частей.

В масштабной, никак не меньше ведра, миске элементаля оставалось довольно керосина, чтобы смочить жгутики из обрывков платка. Рика разложила обломки обруча по концам своей странной фигуры (коррехидор уже не удивлялся, все магические фигуры некромантки оказывались весьма странными, однако ж подчинялись при этом какой-то особой гармонии), установила на них фитильки, велела Глыбарю занять почётное место посередине, да ещё втащила во внутрь фигуры большую часть цепи.

После этих приготовлений она велела Таме сесть на плечо духа, что та выполнила с большой неохотой, и колдовство началось. Рика читала слова заклятия по памяти и надеялась, что не перепутала ни одного слова.