Путь к дому

Девушка вышла к лесу, вставшему грядой, непреодолимой стеной перед ней.

Надо было войти, Арианна долго не отваживалась… Весь лес был выжжен изнутри. Следы самой разрушительной и страшной магии вели сквозь чащу к болотам. Анне казалось, что в предрассветном сумраке все замерло. И к моменту, когда крылья Лафизиль донесли ее до деревни, на землю не успело упасть ни одного зольного хлопья.

Анна вбежала в пустой рыбацкий дом. Призрачный рассвет тут же выхватил его – нож! Свет играл серыми бликами на плетеньях ручки. Анна вцепилась в оружие и только тут поняла, что в избе она не одна.

Из противоположного угла на неё смотрела девочка-рыбачка, Анну передернуло. Девочка точно её видела… А еще… чем дольше девчонка смотрела на наследницу Тирии, тем синее у неё становились глаза. Беруте была здесь.

Спасаясь от приспешницы врага, Анна выставила вперед нож, угрожая так застывшему духу земли, и уже привычно прикусила щеку. Они её не догонят! Пообещала сама себе девушка, чувствуя, как летит сквозь время и пространство.

[1] одежда

Глава 7. Дальнеземье, Яблоки и Рубашка.

Эль и Селена. Яблоки.

Эль резко очнулся. Он почувствовал: что-то тронуло паутину, защищавшую его с сестрой. Только как-то странно тронуло, будто изнутри.

Взглянул на сестру. Селена еще отходила от транса, она покачивалась, сидя на кровати. Эль окинул взглядом комнату. Все вроде было спокойно: из окна едва слышно доносился шум улицы, в самой комнате было так тихо, что даже мухи не жужжали. И почему-то именно эта тишина и пугала.

Мухи… Когда он уходил в транс, чего-чего, а этого добра было предостаточно! А теперь нет. Почему? Эль снова обежал взглядом комнату, что-то поменялось. Что-то. Мухи. Мухи должны жужжать!

Эль замер, увидев, что стало с мухами. Они все попали к пауку, его тонкая паутина оплетала яблоки, стелилась ковром по комнате, но самое неприятное было не в этом: по всему полу были разбросаны хитиновые панцири пауков. Или паука. И судя по всему, существо меняло размер прямо на глазах, от крошки с ноготок до…

Юноша почувствовал, как по спине побежала струйка пота.

Там, под кроватью. Там кто-то был!

Почему-то Эль хорошо представлял себе, кто именно. Слишком уж выразительным ему показался последний панцирь, оставшийся после линьки.

«Села!», - мыслью позвал мальчик.

Селена растерла виски, они гудели. Она хотела было повернуться. Но Эль сковал сестру обездвиживающими чарами. Селена недоуменно воззрела на брата, недоумение сменилось гневом. Но Эль на сестру не смотрел.