Тьма, несущая свет

Веселина хмыкнула и позволила себе уснуть, уверенная, что Егор сделал то же самое на заднем сиденье второго внедорожника. Спала она в этот раз без сновидений и так крепко, что пропустила остановку в алмазной столице*.

Разбудил её нестерпимый запах серы и гнили. Он сочился через вентиляцию, лез в нос. Веселина чихнула.

— Ты тоже это чувствуешь? — спросил Мирон, глядя на неё в зеркало заднего вида.

— Морокун* и тут побывал, — поморщилась она, словно от зубной боли.

Их водитель сидел вцепившись в руль, так что побелели костяшки пальцев.

Он сосредоточенно смотрел вперед. Бледное лицо и молчание красноречиво говорило, что заезд на кладбище в Мирном он будет помнить ещё долго. Выползающее утро раскрасило домишки Каргополя в серо-розовый.

— Его следы повсюду. Словно он кого-то или что-то ищет. И ведь хорошо закрывается, зараза. Я не могу его почувствовать, — горечь сквозила в словах Веселины. Свои подозрения она придержала при себе. Если, её догадки верны, то Tenebris Libro Dei Destini* снова открыта. И если снова вызвали Диосэйдокса*, то им всем придется несладко.

Пожиратель богов мог принять любой облик.

Смотритель свернул с главной дороги. Машина плавно подкатила к кирпичному дому веселой расцветки.

— Третий этаж. Квартира десять, — хрипло проговорил он, не делая попытки выйти из авто. — Там представитель епархии.

Свежий ветер сразу забрался за пазуху, когда Веселина ступила на землю Каргополя, которая тихонько завибрировала. Из-за ворота куртки высунулась Манюня. Принюхавшись, чихнула несколько раз подряд.

— Будь здорова, — подошел Егор. — Сюда?

Он посмотрел на единственный подъезд и потянулся, хрустнув суставами. Заразно зевнул. Ещё раз глянув на расцветающее утро, Веселина вошла в подъезд. Медленно поднимаясь по ступеням, она прислушивалась к дому. Он молчал. Никаких вздохов, никаких надписей по стенам. На нужном этаже, толкнула дверь. Было не заперто. Их ждали.

В квартире витали отчаяние и легкий аромат ладана.

— Угнетающе, — послышалось за спиной. Мирон принюхивался.

Следом пытался протиснуться Пастырь, но коридор был слишком узкий.

— Ой, здрасти! — из боковой комнаты выглянула испуганная худенькая женщина неопределённого возраста. — Андрюша, мы опять двери забыли закрыть. Или мы специально открытой оставили? Совсем памяти нет.

— Кто там, — забасило из комнаты.

— Да, что это я! Мы ж, наверное, вас ждали, — всплеснула руками женщина. — Ну что вы на пороге-то стоите, проходите. У нас тут тесно, вы уж простите, пожалуйста.