Встреча Мандаринок

— По правде сказать, я не очень хорош в этом… Но совершенствоваться никогда не поздно, разве не так?

— Конечно, так, господин Цао, — Пятый прикрыл глаза. — У нас тут отличное место для совершенствования. Главное, не попадаться сторожевым гулям…

— С-сто…Сторожевым… простите, кому?

— Гулям. Демонам-утопленникам. Видите ли, с тех пор, как Вэй Усянь вернулся с войны, у нас тут многое изменилось… Гули-то испокон веков в реках и озёрах встречаются, а тут Ушансе-цзун им приказывать научился, вот они и охраняют Пристань…

— Так что же, теперь вы и не купаетесь?

— Ха, ну отчего же! Просто кто купаться хочет — он лично Ушансе-цзуна спрашивает, ну или Главу нашего, чтобы тот ему приказал… А Ушансе-цзун тогда уже даёт в свою очередь команду гулям, мол, вот этих и этих — не трогать.

Вы, пожалуй, тоже оденьтесь да сходите за разрешением, я даже провожу вас! Вы одевайтесь, я подожду!

— Ох, что бы я делал без вас, господин Сюй! — ланьлинец проворно извлёк одежду из цянькуня и принялся приводить себя в приличный вид.

Он даже не заподозрил ни малейшего подвоха в словах Пятого Карася. А если и заподозрил, то не подал вида. Действительно, а что ему оставалось делать?..

* * *

Цзян Ваньинь широкими шагами шёл — почти бежал, и Не Минцзюэ с отравленным побратимом на руках не отставал. Палаты Исцеления были далеко от беседки, в другом крыле главного здания, и Вэй Усянь опять бросился туда вперёд братьев — предупредить целителей, чтобы те знали, что за пациента к ним несут.

Главе Цзян бегать не пристало — а Вэй Усяню можно, ему вообще можно было почти всё, что угодно. Поэтому первым в Палаты Исцеления ворвался именно он.

Ворвался — и замер. Всё же тишина и тонкие травяные ароматы этого места действовали особым образом. А ещё — даже Вэй Усянь слегка робел перед нынешним главой целителей ордена. После гибели прежнего старшего целителя этот пост занял старый Ван Тайшен — хороший врачеватель, но ужасный характером человек. Казалось, он был недоволен всеми, всем и всегда.

Неудивительно, что он поначалу был категорически против целителей Вэнь в качестве его новых товарищей по цеху. Ещё больше его бесила лично Вэнь Цин — видано ли, девица мнит себя полноправным Целителем! Её место — подносить бинты да стирать бельё, да, может быть, заваривать травы… А она рассуждает о ци, о меридианах, да так, что её и люди Пристани начинают слушать! Однако при всех своих недостатках старый Ван был умён.