Встреча Мандаринок

* * *

Появление старшего целителя Пристани Лотоса на пороге покоев, отведённых главе Цзинь и его супруге, было внезапным. И то, что он пренебрёг всеми правилами приличия, пугало.

Госпожа Цзинь прижала пальцы к щекам, пытаясь унять дрожь.

— Что-то с моим сыном?!

— Материнское сердце проницательно, госпожа. Молодой господин Цзинь отравлен. К чаю ему подали традиционные ланьлинские у-жэнь. Молодая госпожа не успела даже попробовать, и это позволило ей вовремя позвать на помощь. Сейчас дева Вэнь и мой Глава с побратимами сражаются за его жизнь.

Почтенный Ван никогда бы не признался в этом вслух, но понимал, что в случае бед, связанных с ци, нет целителя лучше, чем Вэнь Цин Золотые Руки, пусть она и женщина. Подумать только, она задумывалась о пересадке Золотого Ядра. И описанная ей операция, по мнению многих целителей, имела шансы на успех, если бы нашёлся безумец, готовый отдать всё ради другого…

— Яд известен? — голос Цзинь Гуаншаня звучал сухо, как хруст давно умершей ветви под ногами. — Где мои младшие сыновья?

— Помогают целительнице Вэнь.

Родственная ци благоприятна… Яд определили. Это «Встреча Мандаринок». Тех, кто совершил это преступление сейчас ищут, и этот старик полагает, что Вы поспособствуете в этом.

— Непременно, — процедил Цзинь Гуаншань. Он держался очень прямо, словно обратившись в статую себя, чтобы не потерять лицо. Госпожа Цзинь охнула и прижала руки к губам.

— Что? — прошептала она. — Нет. Нет! Скажите, что это ошибка, что это неправда.

— Утешу Вас, госпожа, но иначе, — ответил целитель Ван.

— Вы помните девиз ордена Юньмэн Цзян? «Достигай невозможного!» Как выяснилось, даже от «Встречи Мандаринок» при должном стечении благоприятных обстоятельств можно спасти. Ваш сын будет жить.

По глазам госпожи Цзинь читалось, что она не верит его словам — или, скорее, просто не может осознать. Цзинь Гуаншань же, напротив, словно только их и ждал — он отмер, кивнул, оглянулся на супругу и сказал целителю:

— Благодарю вас за эти вести. А сейчас возвращайтесь к моему сыну.

От того, будет ли он жить, сейчас зависит очень, очень много жизней…

Старому Вану не понравился ни странный блеск в его глазах, ни эти последние слова. Он с поклоном попятился и покинул покои главы самого сильного из ныне существующих Великих орденов со смутным ощущением тревоги.

Глава 5. Чувства

Цзинь Цзысюань открыл глаза. Перед ними до сих пор стояли и накладывались друг на друга видения из вещих снов и то, что он видел сквозь пелену горячечного бреда.