Академия Избранных. Сангреаль.

Но когда молчание уже совсем затянулось до неприличия, он мягко поторопил его:

- Что ты видишь? 

- Здесь написано Пятерка Чаш, но я не знаю, что это значит, - расстроенно отозвался абитуриент, - я никогда не изучал Таро.

- Не беспокойся, у тебя будет такая возможность, это очень интересная система об устройстве мира и человека в нем, - улыбнулся ректор, - не торопись, закрой глаза и слушай, что скажет тебе твоя карта. Помни, она живая и с ней надо договориться.

Парнишка послушался, и закрыв глаза, простоял в таком положении минут пять, не меньше.

А потом, наконец, заговорил:

- Я чувствую отчаяние и голод… У меня было все, но из-за своих действий я это потерял, не знаю как устоять дальше… Ветер сносит… Очень тяжело идти, что-то вцепилось в ноги не отпускает, но я иду…

Артур кивал каждому слову абитуриента и наконец, проговорил:

- Этот аркан называют Плохим Вестником. Ты молодец, хорошо концентрируешься. Как твое имя, откуда ты?

Все еще не веря, что он прошел испытание, юноша едва заплакал от облегчения.

- Донас Аразас, господин. Я сын обычного рыбака из Дальней Гавани, местный. У нас в семье никогда не было магов, а месяц назад пришло приглашение поступить в аз-Зайтун. Я даже мечтать о таком не мог.

- Иди, Донас, приказ о зачислении подпишем вечером в моем кабинете. Я уже знаю, на какой факультет тебя отправить.

Один за другим к колоде подходили трясущиеся абитуриенты. Часто арканы повторялись, но описание, которые им давали, всегда было разным. Вот к колоде уверенной походной подошел молодой человек лет двадцати пяти на вид, не больше.

Мое угасающее внимание от долго сидения тут же привлекло его широкий белый плащ с золотым крестом, которым он небрежно накинул на одно плечо. Не поверив собственным глазам, я даже подалась вперед, пытаясь рассмотреть его, но, к сожалению, он стоял ко мне спиной. Колода в этот раз среагировала сразу, глянув на выскочившую карту, я услышала довольную речь парня:

- Старший Аркан. Император.

- Замечательно. И что же вы видите?

Молодой человек ответил практически сразу, но выглядел при этом немного озадаченно:

- Я очень стар, тело потеряло былую силу и от этого очень горько… При этом я силен как никогда в молодости.

Не могу объяснить свои ощущения… Каждый шаг рассчитан, эмоции ни в счет, мне не интересен мир как отдельное место, мне нужно все. Четыре… Четыре… Я не понимаю.

- Пока достаточно, вы очень хорошо владеете своим сознанием, видно, что с медитацией ладите, - остановил его ректор.