Академия Избранных - 2. Злая Кровь.

Я, что есть силы, сцепила челюсти: зная о последствиях подобных экспериментов, Лукос продолжал их проводить, при чем, на собственных внуках! Как такое чудовище могли принимать во дворе и считать великим ученым и магом, продолжая восхвалять? До сих пор во многих книгах есть упоминание о нем, будто нет более достойных людей, о которых следуют помнить, чем он.

- Исчезновение моей матери произвело на тебя такое неизгладимое впечатление, что ты решил податься в бега?

- Не вижу повода для сарказма, - вдруг обиделся Алексис, - после этого началось страшное время, где-то через год начали пропадать родственники создателей Сангреаля.

Кто-то исчезал бесследно, что их до сих пор не могут найти, а кого-то находили убитым в собственном доме. Как ты думаешь, у меня есть повод бояться, тем более что последнего, кого убили, был моим хорошим другом, с которым я постоянно поддерживал связь? 

Алекс отвернулся от меня, пытаясь взять себя в руки и продолжил:

- Две недели назад мне написала жена Картера Фадома и сказала, что его убили, а перед этим жестко пытали.

Никто не расследует эти дела, все спускается через рукава, списывается на ограбление или хулиганство. Но я-то знаю, кому-то очень не угодили наследники Сангреаля, поэтому я и ждал того, у кого прав на артефакт больше, чем у меня. 

Смутные подозрения, до этого посещавшие мою голову, медленно превращались в уверенность. Я бездумно уставилась на сундук, страстно желая его открыть, но в то же время, понимая, что если я это сделаю, то назад дороги уже не будет.

- Ты спрашивала, как я диагностирую у людей ту или иную болезнь? – тем временем поинтересовался у меня мужчина, - я ведь сам довольно посредственный врачеватель, моих сил едва хватает, чтобы заговорить головную или зубную боль, больше я ни на что не способен. Но даже столь малого таланта достаточно при наличии крови наследника, все остальное делает этот артефакт. 

Мужчина махнул рукой в сторону сундука, который я все время страстно прижимала к себе.

- Сангреаль у тебя? – я едва шевелила губами, - но как? Его же только-только похитили из рыцарской обители… 

- Я про это ничего не знаю и знать не хочу! – вдруг взвизгнул мужчина.

С его комплекцией больше бы шло ковать железо и гнуть подковы, а не подражать женщинам в истерических выпадах. Конечно, можно понять, что он устал столько лет бояться и прятаться, но он ведь сам выбрал этот путь.