Облачиться в шкуру волчицы

- Обозначим нынешнее состояние Мальвины большой буквой «Ж», - пробормотал он, прикусил костяшки пальцев и, нахмурившись, посмотрел на только что написанное им выражение.

- «Ж»? - хором переспросили Олег с Кириллом.

- Да, «Ж». Животное.

- Ааааа... Животное...

- Животное с коэффициентом «альфа» и человек с коэффициентом «бета», где коэффициенты характеризуют глубину ямы, - Артур быстро застучал мелом.

- Дело всё в том, что у этих оборотней человек исчез не сразу, - медленно сказал Олег. - Они все в течение многих лет умели перевоплощаться как туда, так и обратно и лишь потом в какой-то момент их навык пропал.

А Мальвина не может вернуться назад уже после первого своего перевоплощения.

- Я склонен считать, что это значит, что Мальвину пока нельзя отнести к категории «вечное животное», -ответил Артур.

- Ну да, месяц всего прошёл — какая же это вечность, - подтвердил Олег.

Мнение о том, как бы восприятие времени уважаемых коллег изменилось, окажись они на её месте, Мальвина решила оставить при себе.

Из-за сложностей коммуникации, а не из чувства такта.

- Что-то пока не сходится, - вздохнул Артур.

Каждый на своём листочке — а Мальвина на доске — учёные начали модифицировать теорию. Работали до вечера, но прорыва никто не совершил. Завтра Артура и Сантьяго будут судить, а Мальвина так и оставалась в шкуре волчицы.

Глава 10

От общежития до здания суда полчаса пешком, и утром назначенного дня Сантьяго специально вышел пораньше, чтобы дойти не торопясь.

Такие неспешные прогулки перед ответственными моментами его успокаивали. Однако пройдя метров сто, он тут же вернулся обратно. Кажется, холод в это утро побил все рекорды, какие довелось прочувствовать за почти два месяца зимы в Новосибирске (да-да! Зима здесь начиналась ещё в октябре!) Щёки и нос уже неприятно щипало. Мороз забирался и под шапку, и в руковицы, и под толстый-претолстый пуховик. Сантьяго вернулся.

Минут пять он как заворожённый смотрел на красный столбик, с трудом дотягивающийся до отметки минус тридцать пять — и кто его знает, сколько это по Фаренгейту — хотя ещё вчера термометр показывал минус двадцать.

Сантьяго не верил в то, что обладает суперспособностью находиться в такую погоду на открытом воздухе целых полчаса и, не желая проверять себя на прочность, вызвал такси.

В зале суда было тепло, даже немного жарко. Помещение пропитала смесь электрического и тусклого сумеречного света.