Убийца и попутчик

Должно быть, это ужасно больно, если вы используете столь сильные масла.

— Что? — Генрих удивился осведомлённости мага и повернул на него голову с озлобленным взглядом. — Что ты только что сказал?!

— Пусть мой посох не вводит вас в заблуждение. В первую очередь, я алхимик. Я сразу узнал запах от масел, которыми пропитаны ваши бинты, — разъяснил мужчина. — Я встречал подобных людей, но вы полностью обмотаны. Что же это за такие страшные раны, которые покрывают всё тело? И как, в таком случае, вы умудрились выжить?

— Не твоё это дело, ублюдок.

— Я понимаю, это нелегко говорить на такие темы.

— Ты меня плохо слышишь? Свалил отсюда, пока ноги целы, — наёмник разозлился не на шутку.

— Эти масла лишь снимают боль, они не лечат. Вы хотите остаться таким до конца своих дней? Хотите и дальше скрывать своё лицо ото всех? Даже от самых близких?

— Даже если так — это моё дело. К тому же у меня нет близких, — сказал Генрих более спокойным голосом и свесил голову.

— Знаете, Генрих… Вас ведь так называет госпожа Катерина? Мне интересна ещё одна деталь. Вы совершенно не похожи на мага, даже близко, но, тем не менее, я ощущаю мощную магическую ауру. Как такое может быть? Это, случаем, не связано с вашими ранами и с тем, почему вы до сих пор живы?

— Лучше не суй в это свой поганый нос, старик, а то худо будет. И я не шучу, — сказал убийца с холодным пронзительным взглядом.

— Я уже много лет занимаюсь медициной, алхимией и практикую магию, за моими плечами богатый опыт, у меня есть собственная лаборатория… Я могу попытаться вам помочь, Генрих. Пойдёмте со мной, дайте понять, что с вами произошло, и мы вместе найдём решение.

— Я скажу так, чтобы ты точно понял. Пошёл на хер!

— Очень жаль, — произнёс Гаспар и встал со своего места. — Однако, мне кажется, мы всё же договоримся.

            На секунду на лице мага мелькнула загадочная улыбка, которую не мог не заметить Генрих.

— Как поговорили? — спросила Катерина, которая всё это время ожидала на расстоянии.

— Очень… информативно, — неожиданно сказал Генрих. — Давай спать, я очень устал.

— Так ведь ещё совсем рано, — удивилась девушка.