Убийца и попутчик

— Правда? — спросила Катерина и осмотрела бутылку. — Налейте и мне.

— Ого! — удивились мужчины, но больше всего поразился Генрих.

            К этому моменту гостям подали свинину в меду, пряники и свежие фрукты. Пусть юная княгиня и присоединилась к празднеству, но вела она себя достаточно сдержано. Пила вино размеренно, небольшими глотками, как и подобает при княжеском дворе. Вскоре по деревне пронеслись заводные звуки флейты. Молодые парни и девушки бросились в пляс.

Друг Генриха не раз пытался пригласить понравившуюся ему княгиню, но та из раза в раз ему отказывала. В конечном итоге мужчина напился и в слезах покинул компанию, оставив Генриха и Катерину наедине.

— А ты жестока, — сказал наёмник.

— Меня не интересуют такие мужчины, — гордо ответила девушка без всякого чувства вины.

— Боюсь спросить, а кто же тебя интересует?

— Ты таких не знаешь, — ухмыльнулась княгиня и продолжила пить.

— Ну что, голубки, воркуете? — спросил староста с тростью, подойдя к попутчикам.

— Вам едва лучше стало, а вы уже пьёте? — возмутилась Катерина.

— Не волнуйся, учёная, у меня своя бутылка, — ответил ей мужчина.

— Я не об этом. Поберегли бы своё здоровье, а то надорвётесь.

— За это не волнуйся. После твоего замечательного взвара я словно вновь молодым себя почувствовал. Даже колено и то перестало болеть.

— Рада слышать, что вам лучше, — сказала Катерина, сделала глоток вина и продолжила.

— А теперь касательно нашей награды. Завтра мы отправляемся в путь. Мне необходимо двое коней, припасы и немного денег в дорогу.

— За спасение нашей деревни, всё, что пожелаете, госпожа учёная, — согласился довольный староста и поклонился. — Скажите, а что всё-таки за беда такая с нами приключилась?

— Если я скажу название этой болезни, вам это что-то даст? — спросила девушка, но староста не понял её сарказма. — Она называется чёрная пема.

Это весьма редкое заболевание. Подхватить его можно, лишь съев грибы, покрытые чёрной слизью. На будущее. Просто помыть их не поможет.

— Да за такое я бы этих грибников на дереве подвесил, вот только они все померли, — сказал староста и потёр затылок. — Ладно, спасибо вам ещё раз, госпожа учёная. А теперь прошу меня простить…

— Не думал, что ты в подобном разбираешься, — сказал Генрих.

— Всё, что я знаю, мне поведал учитель.