Отбор по приказу

С кронпринцем мы едва ли не грызлись каждый день, что не встреча, то пикировка. Славиэль по сравнению с ним ангел обходительности, внимательности и галантности, но и с ним я думаю всё не так уж просто. Зачем красивому, знатному, богатому молодому мужчине, какая-то непонятная попаданка? Деньги? Титул? На первый взгляд всё это у него уже есть. Или всё это показное, а на самом деле его состояние шатко и требуется дополнительное вливание инвестиций? Или это обычный спортивный интерес: обольстить, совратить, поставив очередную галочку напротив ещё одного имени в длинном списке своих побед? Так не бывать же тому!

И вот настал тот жуткий день, мысли о котором я гнала прочь всё это время.

Ещё пять минут назад, мы с Лизой, ни о чём не подозревая, спокойно пили утренний чай в оранжерее и вдруг послышались возбуждённо переговаривающиеся мужские голоса. Лиза поспешила поскорее завершить завтрак, думая, что, как и всегда, на протяжении последних двух недель, где-то потребовалось её личное участие. В чём-то она оказалась права. Стоило устало и в тоже время радостно улыбающемуся Витаэлю и явно нервничающему Женоэлю приблизиться, и я поняла — свершилось — они добились своего и всё готово к отправке Лизы на Землю. Не зря же следом спешили и Славиэль с Леонелем. Все в сборе и это не спроста.

— Пора, — протягивая Лизе одну из книг, что держал в руках, произнёс бирюзовоглазый, и я от одного его вида, и звуков голоса опять едва лужицей не расплылась. А он, тут же повернулся ко мне, и торжественно вручил ещё две книги: — Это просили передать вам, миледи, — с лёгким поклоном известил он.

Во мне внезапно какая-то нездоровая буря разразилась. Так и хотелось крикнуть — «Какая я тебе нафиг миледи?!», но сдержалась, пусть и с трудом. Видимо нервы сдали окончательно, при осознании того, что вот-вот меня покинет последний близкий человек. Как это произойдёт? Она прочтёт и… Пумс… Не-е-ет, по крайней мере со мной было не так. Я прочла, потом задремала… А может дело не во сне, а просто пришло время для переноса? Эх… Кто бы знал? Глянула на Лизу.

Та сжалась вся. Волнуется. А может даже и боится. Кто знает, что там случилось дома за время её отсутствия? Мы здесь всего-то две недели, а там прошла одна. Немного, и в тоже время немало.

— Господа! Дамы наверняка желают проститься, — заметив мой растерянно метающийся взгляд, произнёс лекарь. — Приятно было познакомиться Елизавета, — добавил он, и пошёл прочь.