Отбор по приказу

— Знаю? — кривовато усмехнулся мужчина и в его взгляде за яростью проскользнула… Тоска?! — Ничего я не знаю, — выдохнул он, а у меня появилось искреннее желание глаза протереть, уж очень у него выражение лица было странное, никак не сочетающееся с тем мужчиной, которого я знала.

— Но я ведь говорила… Да и Славиэль…

— Всё это лишь слова! — сверкнув голубыми глазищами, рыкнул мужчина. — Их, твои… А где правда? Как мне проверить? Да, я верю, что изначально факт подмены имел место, но также помню и о том, что вас с Елизаветой закинуло сюда вдвоём, так почему бы после проведённого обряда всему не вернуться на свои места? Вдруг ты это уже снова она? Ведь Элизия вернулась, в этом нет ни малейшего сомнения.

Я молча хлопала глазами, не зная: как его переубедить, как доказать, что я, это всего лишь я? Спас меня робкий стук в дверь.

— Кого там ещё принесло? — рыкнул Леонель.

— Войдите! — крикнула я, мысленно усмехаясь над нелепостью ситуации: принимать гостей в ванной, это нечто за пределами моих самых смелых фантазий…

Но это был не гость, а всего лишь неуверенно переминающаяся с ноги на ногу, жутко смущённая, и какая-то слегка потрёпанная с виду служанка.

— Миледи, завтрак накрыт, там, где вы и велели. Сир… — она попыталась пролепетать ещё что-то, но умолкла, нервно комкая ладошками подол фартучка.

— А сир, уже уходит, — произношу я и встретив исполненный гнева взгляд голубых глаз, с милой улыбкой добавила: — Не так ли, сир?

С минуту Леонель буравил меня взглядом. Хорош… С этим не поспоришь.

Особенно вот такой: грудь вздымается при каждом вздохе, словно тот ему даётся с трудом, ноздри едва заметно трепещут, губы поджаты в жёсткую даже на вид полоску… Эх, он красив как бог… Но всё же уступает Славиэлю. И тот меня пока что, хотя бы не взбесил ничем, не считая своего необъяснимого интереса к моей скромной персоне.

— Как скажешь, дорогая, — прищурив глаза прошипел гость. — Как скажешь…

Хлопнула за его спиной дверь, и вот вздохнуть бы мне с облегчением, но как-то странно внутри.

Муторно. С одной стороны, Леонеля даже жаль, всё-таки Катриона жестоко с ним поступила, а с другой… С другой, он меня пугал до дрожи в коленках, бесил, и… Возбуждал, черт побери! Совершенно невероятный гибрид чувств и эмоций. Видимо сказывается наличие второй ипостаси, все же слишком много в этой смеси от несвойственных мне диких животных страстей.

— Простите, миледи, — выдёргивая меня из глубин психоэмоционального самоанализа, пробормотала служанка.