Тропа волхвов

 – Я волнуюсь, а тебя все нет, и нет! Ну, думаю, утонул! Больше не пугай меня так!

Она осторожно приблизилась к нему по скользкой поверхности стены, но в последний момент поскользнулась и, ойкнув, упала ему прямо в подставленные руки. Они долго сидели, обнявшись, слегка покачиваемые теплой морской зыбью. Запрокинув головы, с восхищением рассматривали темный небосвод, покрытый россыпью разноцветных, мерцающих звезд. Среди них быстро двигались яркие, светящиеся точки – спутники.

– А много их там? – спросила Аня, провожая глазами очередной спутник.

– Думаю, что не менее полутысячи. Я имею в виду только действующих легально, а сколько боевых, находящихся в «спящем» состоянии – знает, наверное, только Бог и президент.

– Неужели так много? – с сомнением в голосе спросила Аня. – Мы ведь видим одновременно два – три спутника. А где же остальные?

– А остальные сейчас летят севернее и южнее того места, где мы сейчас сидим.

– Они такие маленькие и им там, наверное, так одиноко! – она невольно поежилась и тесней прижалась к его груди.

Олег нежно поцеловал ее чуть солоноватые от морской воды губы и, шутливо шлепнув по упругой попке, скомандовал:

– Все! Поплыли на берег, а то ты холодная, как лягушка!

– Ну, вот и дождалась! Граждане! Он меня жабой обозвал! – смеясь, обратилась Аня к воображаемой публике.

– Не жаба, а моя прекрасная царевна-лягушка! – он вдруг расхохотался. – Я вспомнил анекдот! Иван-царевич на свадебном пиру целуется с Василисой Прекрасной.

Поцелует – лягушка! Поцелует – царевна! Поцелует – лягушка! Поцелует – царевна! А гости все злорадствуют и орут: Горько! Горько! Горько!..

Аня рассмеялась звонким хохотом вместе с Олегом. Потом, дурачась, стукнула его в грудь кулачком и, выскользнув из объятий, поплыла в сторону берега.

Скользнув в воду без единого всплеска, он сгруппировался и, оттолкнувшись от стены ногами, стремительно заскользил в водной толще, быстро опередив Аню.

Сделав под водой круг, он тихо всплыл рядом с Аней.

Повернувшись на бок, без всяких видимых движений, стал скользить в воде, как будто его тянул невидимый буксир. Улыбаясь, он смотрел на ее удивленное лицо, явно забавляясь вызванным эффектом. После этого он вдруг стал в воде вертикально. Его тело возвышалось над водой почти до талии, противореча здравому смыслу. Замысловатого вращения ног под водой видно не было, и создавалось впечатление, что он спокойно стоит на твердом дне.