Тропа волхвов

Кровь быстрее побежала по жилам. Появился азарт, хотя внешне он этого никак не проявлял. Сделав дурашливо-глупое выражение лица, он гостеприимно развел руки в стороны. – Ну шё, господа гопники? Порядочных граждан среди бела дня парафинить стали, да еще в присутствии дамы! Видно, мало вас батьки пороли в детстве! Придется их работу мне доделывать!

– О, да ты, дядя, крутой! Значит, бить будем дольше! – они весело заржали, доставая кто нож, кто кастет, а кто и велосипедную цепь. – Щас мы тебя поучим, а потом к пахану поедем, зуб у него на тебя есть! Остальное тебе там добавят!

– Это кому же я так сильно лапки оттоптал? – Яша плавно перемещался из стороны в сторону, словно забавляясь с ними.

– Сам Парамон тебя ищет! – самый шустрый из них стал раскручивать цепь то у правого, то у левого плеча.

Яша сразу понял, что парни явно насмотрелись боевиков. Возможно, занимались где-то в секции, которых сейчас развелось, как грязи. Молодые, здоровые, не обремененные нормами морали.

Кто сильнее, тот и прав. «Ну, что ж! Ихним же салом им же по сусалам!»

Расплатившись с продавщицей, Олег повернулся к продовольственному прилавку, но Яши там не оказалось. Пышная блондинка, прикрывая смуглыми пальчиками рот от смеха, поманила его рукой к двери во внутренний двор магазина.

Картина, открывшаяся взору Олега, была достойна кисти художника. Вдоль стены, на уровне пояса взрослого человека, шла труба водопровода. К ней в ряд, привязанные за руки брючными ремнями, со спущенными до земли штанами, нагнувшись, стояли четверо здоровых парней и выли в голос от обжигающей боли.

Их некогда розовые задницы были исполосованы кровавыми рубцами от цепей, которыми Яша, отняв у них, распустив на всю длину и собрав в один пучок, со свистом и оттяжкой потчевал всех по очереди. Он не просто их бил, а так, чтобы при виде цепей они потом в обморок падали. Бил и приговаривал:

– Это тебе, сынку, за то, что старших не уважаешь! А тебе за то, что честно жить не хочешь! Что, в бандиты захотелось, людской крови попить хочется? Так получи! Получи, гаденыш! – стегал он визжащего и изворачивающегося парня, того, который выступал лидером группы.

По задницам парней уже текла кровь. Некоторые уже плакали натурально как дети, а старшому досталось больше всех, и его нервная система не выдержала. Он при всех обгадился. Вытолкав продавщицу из коридорчика в торговый зал, Олег попросил ее держать язык за зубами.