Кади Кама

По правде сказать, соблюдался этот закон далеко не всегда. Были известны случаи, когда члены королевского семейства впервые вступали в брак после тридцати пяти, а то и сорока лет.

Однако, в случае с Кристианом Ламбе – двоюродным племянником Его Величества, этот фокус почему-то не прошел. После того, как отшумело торжество, устроенное по случаю его двадцативосьмилетия, на всю страну было объявлено, что в одном из загородных поместий королевского племянника состоится отбор невест. Список кандидаток в будущие жены Кристиана составили всего за неделю.

Практически все вошедшие в него барышни были юными, свежими, очаровательными и совершенно пустыми куклами, которые, по сути, годились только для продолжения аристократического рода и сопровождения супруга на балы и светские приемы.

Чем королевский племянник заслужил участь жениться на одной из этих дур я не знала, да и знать, честно говоря, не очень-то и хотела.

Между тем, очень скоро выяснилось, что Даррийский герцог помимо привлекательной внешности имел еще и мозги, потому как близкое знакомство с пятнадцатью глупыми красавицами его явно не радовало.

 

Мне, впрочем, жаль его не было. Раз проводит смотрины, значит, заслужил. Монаршии прихоти мне совершенно безразличны, потому как я на этом празднике жизни сыграю свою собственную роль. 

***

На то, чтобы определиться с невестой, Кристиану Ламбе дали пять дней. За это время он должен был успеть пообщаться со всеми кандидатками и, по возможности, выяснить каков характер каждой из них, а на шестой день назвать имя той, которую решит повести под венец.

На мой взгляд, все это было полным бредом, ибо для того, чтобы уделить каждой девушке хотя бы один день, Кристиану понадобилось бы больше двух недель. И это не говоря о том, что иногда целой жизни бывает мало, чтобы выяснить черты характера одного единственного человека. Что уж говорить о пятнадцати!

Герцог, конечно, это понимал, поэтому свести близкое знакомство с кем-то одним из всего нашего шумного болтливого карагода даже не пытался.

Отведенные на смотрины дни проходили в балах, приемах и других светских развлечениях, во время которых он был одинаково дружелюбен, вежлив и предупредителен со всеми своими невестами. У меня даже возникло предположение, что на шестой день он просто назовет первое имя, которое придет ему в голову, так как выбирать, в общем-то, было не из кого.

Между тем, каждая великосветская девица лезла из кожи вон, желая добиться того, чтобы на ум герцогу пришло именно ее имя.