Некромантия для продвинутых пользователей

– Долго тебя ждать?

– Негоже юной леди ночевать в одной палатке с посторонним мужчиной, – фыркнула в ответ.

– Брось, – махнул он рукой. – В походе не в счет. В походе даже есть руками позволяется, – м-да, любопытные у него сравнения.

Ночью становилось холоднее. И я уже поняла, что ночевать прямо у костра – плохая идея. Лезть в палатку к лорду Адлену – еще более нелепая мысль. С тяжелым вздохом согласилась на предложение Каиля.

Пока я любовалась закатом, маг воды времени даром не терял, а благоустраивал жилище. Между спальниками он соорудил настоящую стену из вещевых мешков.

Теперь даже случайно мы с ним во сне не столкнемся. Пожалуй, меня такой вариант вполне устраивал. И неловкости я тоже не буду испытывать.

– Спасибо, Каиль, – искренне поблагодарила я.

– Не стоит. Это я для себя старался. Хоть ты и не так сильно раздражаешь меня, как другие люди, но так мне будет комфортней.

– Мне тоже, – улыбнулась в ответ.

В его нетерпимости к обществу было что-то притягательное. Наверное, если бы не воспитание, я бы многим сообщила, чтобы соблюдали правило полуметра.

Особенно отвратительны прикосновения человека, к которому испытываешь неприязнь. Пусть руки у него чистые, пахнет хорошо, но содрогаешься от малейшего касания, будто жаба тебя облизала.

– Каиль, – позвала через импровизированную стенку, – а как ты узнал про полметра личного пространства?

– Никак, – буркнул он. – Всегда знал. Ты же чувствуешь, что тебя кто-то касается? Вот, я так же чувствую, если кто-то вступает в мои полметра.

– Мне кажется, у меня тоже есть свои полметра.

– Они у всех есть. Просто никто внимания не обращает. У вас, аристократов хорошо, никто не лезет с объятиями и поцелуями, даже если это родственники. А я по рождению не дворянин.

– А кто? – бесцеремонно поинтересовалась.

– Мещанин. Ты что-нибудь знаешь о быте мещан?

– Ну, моя мама тоже из купечства.

– Не-не, – запротестовал Каиль. – Купцы – народ скрытный, никого близко не подпускают. У мещан иначе. Ах, знала бы ты, как меня замучили мои многочисленные тетушки.

Он с таким трагизмом это произнес, что я невольно усмехнулась. Каиль недовольно фыркнул за стенкой.

– Ничего смешного, – продолжил он. – Я был очень красивым ребенком, – произнес он так, будто в этом заключалась трагедия всей его жизни. – И они все меня тискали. Как только я научился говорить, поставил им условие – полметра, не ближе. А потом и вовсе сбежал в Аттарант.

– А я тебя понимаю. Отчасти. Мне самой очень нравилось жить в замке лорда Эрсиэ.