Принц для невесты

– Уй! Щекотно же!

– И глаза ну прямо честные-пречестные. Раньше они бы у тебя уже наливались чистым прозрачно-голубым цветом. А ну давай, выкладывай. Или я ещё только начала, – Катерина прицелилась пощекотать под мышкой.

– Да сдаюсь-сдаюсь, нечего тут признаваться. Меня переводчиком пригласили.

– Переводчиком? – недоверчиво хмыкнула девушка. – С официального языка Основы на здешний русский? Не смешно.

– Да нет, как раз именно со здешнего английского на русский. В школе мы обязательно изучали два языка.

Один восточный, другой европейский. Ну, японский в центре страны не актуален, а вот английский очень востребован. Я тут с помощью Феликса немного память подстегнул. Не ахти, конечно, я и раньше английский знал не идеально. Но по нынешним временам я, оказывается, выгляжу ну прямо великим спецом. Вот на послезавтра и пригласили встретить делегацию. Заодно намекнули, что потом, возможно, скинут и письменные переводы: там проект какой-то совместный, и будет много документации.

Утром «рабочего дня», встав, Катерина обнаружила, что Никита давно проснулся, и, хотя до назначенного срока было ещё немало времени, сидит на кухне полностью одетый и отглаженный, пьёт чай. Заметив девушку, он вздохнул:

– Кофе бы нормального… но его тут днём с огнём не сыщешь.

С этим Катерина была согласна. Даже то, что продавали в «особо дорогих» магазинах, ничего, кроме чувства брезгливости, не вызывало. А уж про широкодоступный низкокачественный зелёный кофе из Вьетнама, который прямо на местах обжаривали до подгорелости, а потом мололи и продавали, вспоминать не хотелось вообще.

Оставалось пить чай, хотя и тут о папиной привычке держать дома редкие сорта с интересными вкусами девушка старалась не вспоминать, чтобы лишний раз не травить душу.

– Ты чего вскочил в такую рань?

– Глупо, но нервничаю. На первых своих настоящих переговорах так не переживал, а тут… Наверное, потому что там была куча советников, а ещё потому что цена была другая.

Здесь только сам… И права Яна Алексеевна, жить-то нам на что-то надо.

– Прорвёмся, – Катерина его поцеловала и потёрлась щекой о щёку. – Ты, главное, не нервничай.

 Вернулся Никита под вечер, выжатый как лимон и немного растерянный. Поэтому расспрашивать сразу его не стали, а сначала загнали в натопленную по случаю первого рабочего дня баню, накормили, и лишь затем, расположившись в комнате-гостиной на первом этаже, принялись расспрашивать.