Сердце Девы

Да и силенок маловато. Мы отступили — раздосадованные, злющие, недоумевающие. И я поклялась себе выяснить у друга Сашки (он же админ), что за странные тут гуляют чары. То ли баффами обвешана выше крыши, то ли в читерский доспех упакована? То ли действительно глюк? Странно…

Ну, хоть уровень получила.

Не быть мне всесторонне развитой личностью, подумала я, вкладывая очки в выносливость и здоровье и как всегда игнорируя магию. Зато у меня ковыряла длинная. А из способностей взяла «ободряющее присутствие», повышающее союзникам параметры атаки, урона и защиты на расстоянии до пятнадцати метров от меня.

Интересно, почему именно на пятнадцати?

Отойдя подальше от вражеских укреплений, мы устроили себя перекус. И заодно посовещались, решая, не забить ли на «Таинственного пленника». Голоса разделились поровну. Мне, Манулу и Финисту было жалко времени на дорогу, чтобы просто вот так сдаться и уйти. Омегад с Букой желали немедленно потратить в магазине крепости знаки доблести. А Некро просто устал.

Он искренне горевал о потраченных зельях и ворчал, что высыхает, как пустыня, вдалеке от воды. Нет ничего хуже, чем когда патькой овладевают раздрай и уныние. И мы решили на этот раз прекратить поиски и вернуться в крепость. Обратный путь прошел в молчании. Мы сухо распрощались и разошлись.

Глава 18

— Я хочу входить в игру позже и выходить соответственно.

— Это почему? — Сашка приподнял бровь.

— По кочану и по капусте. Хочется.

— Только если Веня разрешит.

Он и так уже жалуется, что у тебя показания, как при стрессе. И допускает к игре со скрипом.  А тут еще обслуге графики менять.

— Ой, подумаешь же! — воскликнула я ехидно. — Вы миллионы людей собираетесь вовлечь, и если у кого из граждан график поменяется — сразу проблемы? Предоплата и договор переписывать?

Сашка хмыкнул.

— Когда до миллионов дойдет, все будет отлажено и автоматизировано. И персонала побольше. А пока извини.

— Не извиню.

— Ты, часом, не влюбилась? — прозорливо поинтересовался он.

— С кем хочешь синхронизироваться?

— Ни с кем. Проехали.

Друг расхохотался:

— Так с Веней говорить или где?

Я покраснела:

— Говори.

Я заметила, что все реже разговариваю с Сашкой, занятая новой игрой и новыми друзьями. Да и к лучшему. Он бы заметил, а я даже с ним не могла делиться тем чувством, что прорастало во мне — хрупким, тонким, которое можно сдуть даже дыханием — но однажды оно могло превратиться в лесной пожар.