Я - Божество

Это оказалась трёхкомнатная квартира с просторной кухней и большими окнами. Олег побродил по квартире, нашёл запасные ключи. Потом бросил:

- Три недели хозяев не будет, моя комната самая большая.

- Почему на Невском? - спросил я.

- Здесь хороший бар с кальянами. Я пошёл думать туда, а ты иди, погуляй. Встретимся в квартире.

Так мы и жили. Олег работал над ребусами Виктора, а я слонялся по ленинградским улочкам и балдел от нашей будущей победы.

Спустя несколько дней Олег, измождённый долгой работой над записями Виктора, наконец-то уснул.

Он был готов продолжать расшифровку, но, учитывая последние три дня упорного труда без сна и отдыха, я сказал окончательное «нет». Олег возражал, но я отобрал у него "яблочный сироп" и накормил его снотворным. Сам я тоже сделал перерыв с корешками. Я боялся, что без своего обычного страха я стану беспечным.

Не могу сказать, что сделалось сильно лучше или хуже, но пока терпимо. Снова подумать трезвой головой. Нет, я вовсе не утверждаю, что эйфория — это плохо, но думать об опасности и об угрозе, надвигающейся на всех нас проще, ощущая свидетельства её присутствия, такие как тяжесть под ложечкой, слабость в коленках, дрожь вдоль позвоночника.

Оставалось решить проблему с Олегом: стоит ли продолжать контактировать с ним? Имеет ли смысл бороться с его пристрастиями? Можно ли иначе? Нужно ли иначе? Важна ли его работа с тетрадью Виктора или это бред сивой кобылы?

Для себя я пока не видел никакой угрозы с этой стороны.

Если оставить всё как есть, тогда мне уже обеспечен один верный союзник, который не отойдёт прочь ни на шаг.

Вдвоём мы составляем идеальную с точки зрения безопасности пару, которая может противостоять злу, пытающемуся уничтожить нас. Я сгрёб в кучу бумаги на столе и, порядком покопавшись в них, в очередной раз признался себе, что каракули Виктора, цифры, значки и буквы не складываются ни во что путное.

Однако Олег в апофеозе собственной гениальности умудрился раскопать интересные вещи.

Я выудил один из графиков.

Выглядел он, как и прочие графики в научной литературе: из точки пересечения осей координат тянулась пилообразная линия, которая, несмотря на перепады, росла и росла, пока не доходила до жирной красной горизонтальной линии и, достигнув её, прерывалась красным крестом - на всех рисунках, кроме одного, где линия бесконечно долго приближалась к роковой черте.

Перед тем как отключиться, Олег сообщил, что эти графики имеют прямое отношение к каждому из нас.