Призраки не умеют лгать

Замок долго не поддавался. Дмитрий хотел даже вернуться к варианту с взломом, когда пружина натужно щёлкнула и освободившаяся дужка пошла вверх. Дверь приоткрылась и намертво застряла, отойдя от косяка на полметра.

Тёмный предбанник. Ржавые крюки для верней одежды. Короткий, но широкий коридор. Первая дверь вела на кухню – террасу. Станин щёлкнул настенным выключателем. Ничего. Чёрный патрон без лампочки равнодушно свисал с потолка на сером шнуре.

Демон успел дойти до двери, ведущей в жилую часть, когда половица, громко хрупнув, раскололась.

Нога по колено ушла в дыру, выроненный от неожиданности фонарь, звякнув разбитым стеклом, откатился в сторону. Лена вскрикнула. Он выругался. Дом ухнул. Застонал, отозвался скрипом каждой деревяшки, взметнул застарелую пыль и выдохнул на чужаков облако затхлого воздуха.

– Ты как? – голос Алленарии дрогнул от испуга.

Псионник вытащил ногу и заглянул в дыру. Под домом есть подпол, он легко отделался, всего лишь рваными штанами.

– Нормально. Оставайся на месте.

Где одна гнилая доска, там и вторая.

– Подожди снаружи, – она замотала головой, и он пояснил, – Без оглядки на тебя я справлюсь быстрее.

На этот раз она послушалась, правда, не до конца. Сделала шаг назад и села на пороге, всем своим видом показывая, что дальше не пойдёт.

Лампочка в фонаре уцелела, и неровный свет перескакивал со стены на стену, с затёртых обоев на половицы. Дом был небольшой: кухня и две комнаты. В этот раз псионник шёл осторожнее, предварительно проверяя крепость досок. Иногда его окликала Лена.

Смешно. Если б он куда-нибудь провалился, она бы точно услышала.

Какие бы тайны здесь ни прятали, сейчас от них не осталось и следа. Всё, что смогли, вывезли. Несколько стульев, стол с облупившейся столешницей, разобранная железная кровать, комод с незакрывающимися дверцами и кучей пыльного тряпья в глубине. На чердак Демон не полез.

Разочарование накатывало с каждым пройденным шагом, с каждой высвеченной деталью. Почему он уцепился за эту дачу? Что хотел здесь найти? Старые документы? Трупы, прикопанные в подвале?

Лена сидела в той же позе, только развернулась лицом к улице.

– Почему вы отсюда уехали? – спросил Станин.

Она подняла голову. Картина, наполовину реальная, наполовину дорисованная воображением, заставила его выдохнуть. Сидящая у его ног девушка, в больших глазах - надежда и вера. В него. Сильная, внушающая ответственность и заставляющая гордиться собой. Похоже, он пропал. И сам ещё не разобрался, рад этому или нет.

– Не знаю.