Кровь и песок

Астарта принадлежала ему и только ему: сердцем и душой. А потом демон ступил за порог, разливая холод и страх, и Соломон заметил, как загорелись глаза его супруги, как странная улыбка тронула её губы. Демон поклонился, назвал своё имя и предложил службу мудрейшему из царей, мастеру над демонами и иными сущностями. Сказал, что восхищен его правлением и хочет служить ему верой и силой. Соломон тогда повернулся к Астарте, ведь воинов у него хватало, да и не верилось, что низший захочет добровольно служить человеку.— Скажи «да», — произнесла Астарта, не отрывая глаз от склонившегося воина.

— Я наслышана о нём. Этот воин тебя не разочарует.Демон поблагодарил за оказанную честь, и в тот момент, когда он поднял взгляд на Астарту, Соломон его возненавидел. Потому что он знал этот взгляд. Слишком интимный и близкий для того, кто видит его супругу впервые.С появлением низшего всё изменилось. Царь пытался избавиться от демона, отправляя его на различные задания, но он всегда возвращался. И Астарта оживала, стоило ему вновь оказаться в стенах дворца. Этот демон, монстр, низший, рожденный в холодных водах Тиамат, каким-то образом был способен дать ей куда больше, нежели он, мудрейших из всех царей. 
— Твои волшебные травы не помогают, господин, — прозвучал глухой голос Астарота, и Соломон глянул на него. — И заговоры тоже. Твои заклинатели бесполезны.Соломон сжал кулаки от злобы. Не ему, низшему, попрекать царя. Не ему указывать, что правильно, а что нет. Он всего лишь слуга, пёс на привязи, осмелившейся показывать свои зубы.  
— Я пытаюсь делать хоть что-то! Если мне скажут, что травы, растущие на самом краю света, помогут ей, я без раздумий отправлю тебя туда. Я пошлю тебя в саму Бездну, демон, если это поможет вернуть её!Соломон крепче стиснул холодную ладонь Астарты, с ненавистью взирая на стоящего рядом Астарота. Тот промолчал в ответ.— Тебе это не понять, демон… — снова заговорил Соломон. — Что ты можешь знать о любви? Ты всего лишь монстр, рожденный в холодных водах хаоса. У тебя нет сердца. Ты не знаешь… Она — всё для меня. С того самого первого момента, как я увидел Астарту, гуляющую по парку, я понял, что мне нужна только она рядом. Я будто раньше был слеп, а сейчас прозрел подле неё. Я не думал, что могу любить кого-то так сильно… — Он сделал глубокий вдох. — И потому сейчас я понимаю своего отца, который был готов на всё ради моей матери. Он увидел её, купающуюся в озере, и возжелал сразу же.