Кровь и песок

Астарот терпеть не мог божественную кровь и старался избегать высших.Она догадывалась, кто мог его погубить, кто мог напасть со спины, и у кого были силы и желание сделать это. С того момента, как Соломон сообщил ей о его смерти, у Астарты не оставалось сомнений, кто приложил к этому руку. Прямо, как его отец, погубивший мужа своей возлюбленной, Соломон погубил и её воина.Царь заметно повеселел после смерти демона, и Астарте осталось лишь выжидать удобного момента, подыгрывая влюбленному мужчине. Хотя зачастую, когда она его видела, когда он к ней обращался или прижимался к её губам в требовательном поцелуе, в груди поднималась столь жгучая ярость, что Астарте казалось, что она не выдержит и прикончит царя прямо там, за столом или в постели, вонзив ему в сердце кинжал.

Вырвет жалкую и хлипкую жизнь из его тела, как он вырвал жизнь из тела её воина.И только одна мысль её успокаивала в такие моменты.Она отомстит.Удобный момент всегда наступает. Рано или поздно. Главное, его дождаться. Астарта это знала, и выжидать она умела прекрасно.Она ему отомстит. Как только былая мощь к ней вернется, она сотрет этот город с лица земли, сожжет его, оставив после него только пепелище. Как то, что оставил после её демона Соломон. Он еще горько пожалеет о том, что посмел отнять у неё любовника.— Госпожа?Астарта вскинула на него взгляд и кивнула на печать, которую демон ей протягивал.— Это мне больше не нужно. Избавься от неё.Ласу кивнул.Глиняная печать моментально рассыпалась пылью в его ладони, и демон стряхнул её на пол. Астарта же указала на разложенные на столе таблички и папирусы.— И это тоже. Ничего не должно остаться, — и взяв со стола папирусный сверток, поднесла его к пламени свечи, а потом бросила на пол, наблюдая за тем, как быстро занимается огнем бумага.В таком же огне, неумолимом и беспощадном, она испепелит и город этот, и царя его. А потом сожжет Небесный чертог и всех тех, кто обрек её на изгнание. Астарот с сомнением разглядывал окраины города, в которые его утянул за собой Молох. На вопрос, зачем они идут туда, зеленоглазый бог ничего не ответил. Вся его разговорчивость и приподнятое настроение мигом улетучились, стоило Молоху увидеть тот кусок обожжённого папируса. И демону осталось только гадать, в какую беду могла попасть Астарта.Они замерли перед домом, низким и неказистым, и Молох первым шмыгнул внутрь. Следом за ним вошел в густой полумрак и сам Астарот.