Кровь и песок

С демонами всё просто, зачастую их желания ограничиваются выпивкой, кровью и разрушением всего, до чего может дотянуться рука. Их не зря называют низшими. Примитивные создания. Но ты это совсем другое… Ты именем связал себя с падшей богиней. Ринулся за ней в пасть Спящего. Я подобного никогда не встречал ни среди богов, ни среди людей… — и, помолчав немного, спросил. — Ты ведь последний из Её детей, не так ли?Астарот качнул головой. Он действительно был одним из последних, кто вышел из холодных вод темного мира.

Спустя столетие после рождения его сковали печатями и насильно вытащили в мир людей. А затем Мардук погубил Великую Мать, и родной мир погиб, оставшись только соленым и холодным океаном Хаоса, безучастным к мольбам и судьбам своих детей.— Я слышал, что вы, последние создания Тиамат, разительно отличались от первых демонов и даже от богов. Говорят, что Великая мать подарила вам нечто, чего нет у предыдущих детей. Но ты единственный из последних, кто мне встретился. Знаю, что большинство из вас погибло вместе с Ней… а потому было бы обидно, сдохни и ты вместе с Астартой под камнями Лабиринта.Демон поднялся с кровати. Сказка о дарах Великой матери была лишь сказкой. Ничего им не дарили, кроме ощущения надвигающейся беды, кроме того горького предчувствия скорого расставания. Тиамат знала, какая судьба её ожидает, что преподнесёт ей рука родного сына. Так же, как и они, её последние дети, знали, что каждый, непризванный людьми в их мир, умрет подле неё, испустив последний вздох, возвращаясь обратно в породившей его хаос. Астарот глянул из окна на улицы Вавилона. В этом городе он не был уже несколько столетий с того первого дня, как встретил Астарту. Она мечтала переступить порог своего города полноправной хозяйкой, единоличной царицей Небесного чертога. Она мечтала вернуться домой. И её мечта сбылась: она возвратилась в родные стены, но не правительницей, а пленницей.— Я хочу присутствовать завтра на суде. — Невозможно. В Небесные чертоги демонам вход заказан. Мардук передал, чтобы ты ожидал перед вратами. С рассветом он выйдет и передаст тебе её судьбу.— Тогда я приду, — глухо отозвался демон, и, когда он обернулся, Молоха в комнате уже не было.Низший остался в одиночестве, наедине с нарастающим внутри напряжением и страхом. Эта ночь, полная ожидания, обещала быть поистине долгой, если даже не бесконечной.