Секрет черной книги

Тина повернулась к нему для прощания, но с ее губ неожиданно сорвались совсем не те слова, которые она собиралась произнести:

– Уже поздно. Оставайся.

Он не собирался оставаться, но проклятая ностальгия не вовремя подсунула ему воспоминания о тех ночах, которые они проводили вместе, забыв обо всем. Все же, как бы там ни было, они подходили друг другу в постели так идеально, как сделанные одним мастером ключик с замком. Все же, как бы там ни было, оба были свободны – не связаны клятвами ни с другими партнерами, ни друг с другом.

На город и правда спускалась ночь. И, по правде говоря, Владу не хотелось уезжать от Тины. Это уже потом, завтра может быть, мчась впереди ветра на байке, он будет проклинать ностальгию, толкнувшую его в объятия прошлого. А может быть, и нет. В темных, как южное небо, глазах Тины серебристыми звездами отражался свет. Он приблизил лицо к ее лицу, желая прочитать тайны, скрывающиеся в глубине ее глаз, но Тина в ожидании поцелуя прикрыла веки.

Глава 10

X

– Верочка, вы не дадите мне таблетку? Что‑то не могу уснуть, – заглянул в комнату старик Ванюков.

– Иван Палыч, так я вам же давала одну перед сном! – воскликнула Ирочка и оглянулась на поднявшуюся с места Веру.

– Не помогает, деточка, – повинился старик и с надеждой глянул на Веру.

– Нет, Иван Палыч, не могу, – с ласковыми, но одновременно и твердыми интонациями ответила та. – Мы строго следуем назначениям доктора Савельева.

– Так никто не узнает, Верочка! Я никому не скажу.

– Не могу, дорогой Иван Палыч, – развела руками Вера.

Старик горестно вздохнул и повернулся, чтобы идти, но задержался на пороге и тихо, так что девушки едва его расслышали, произнес:

– Не могу уснуть. И проклятая меня никак не забирает. Отмучился бы уж… Не могу уснуть. Сегодня ведь очередная годовщина, в эту ночь…

Он тихо заплакал, опершись рукой о косяк. Ирочка испуганно глянула на Веру, но та уже подошла к старику и мягко взяла его под локоть.

– Идемте, Иван Палыч, я вам мятного чаю заварю. От мяты вы уснете, точно вам говорю.

И валерианы могу накапать.

– Понимаете, Верочка… – тихо сквозь слезы прошептал старик, но тем не менее пошел за нею и дал себя усадить на стул. – Сегодня очередная годовщина.

– Я помню, Иван Палыч.

Старик поднял на нее красные от слез и недосыпа глаза, и Вера сглотнула подступивший к горлу комок. О том, что в эту ночь несколько лет назад на машине разбился с семьей единственный сын Ивана Павловича Ванюкова, она прекрасно знала.