Секрет черной книги

Пожалуй, предложенная соседкой валериана тоже бы не помогла. Впервые за долгое время к Вере вернулось ощущение одиночества – не свободы и гордой независимости, а именно горького, как полынь, и вытравливающего любые ростки позитивных мыслей чувство безысходного одиночества. Впервые она перестала чувствовать себя в этом надежном, казалось бы, убежище в безопасности. Случись что – и защитить ее некому. Да что там защитить! Просто даже пожаловаться, рассказать о своих страхах и то некому, кроме соседок. А ни с кем больше близко в этом местечке она и не сошлась: после тех событий поклялась себе, что никому не позволит завладеть ее мыслями и сердцем, кто бы это ни был – мужчина ли, подруга.

Никому. Так почему сейчас ей страшно до озноба? Ведь она сама решила начать жизнь с чистого листа, оборвав все прежние связи и поклявшись себе не заводить новых. Но, оказывается, для того, чтобы вновь почувствовать уверенность, ей нужна протянутая ладонь, которую она могла бы сжать в своей. Ей просто нужно знать, хотя бы на мгновение, что, если она станет тонуть в страхах, кто‑то ее спасет. Как когда‑то «спасла» новорожденную Лидию.

…Она была похожа на пупса‑младенца, которого Вере так и не принесла погибшая в аварии за год до тех событий соседка. Впрочем, конечно, все было наоборот: это кукольные пупсы похожи на младенцев.

– Твоя сестра Лидия, – сказал важно и торжественно отец, будто объявил артиста перед выходом. Новорожденная «артистка», запеленатая в одеяло с голубой ленточкой, не замедлила тут же выступить, открыла большой рот, из‑за которого почти не стало видно лица, и разразилась пронзительным криком.

– Голодная, – пояснила, немного смутившись, мама. – Надо покормить.

С орущей Лидией на руках она ушла в спальню, а Вера так и остались стоять с отцом в коридоре, переглядываясь и неловко переминаясь на месте. У папы в одной руке была большая синяя сумка, с которой мама уехала неделю назад в роддом, в другой – букет ромашек, которые он держал словно факел. Вера догадывалась, чем вызвана эта растерянность: в семье ожидали мальчика.

Все народные приметы указывали на это, даже врач в поликлинике, суровая опытная женщина, по каким‑то известным ей признакам вычислила, что родится наследник. Отсюда и голубые ленточки на одеяле. А родилась еще одна девочка.

– Ну, поздравляю тебя с сестрой! – сказал папа и улыбнулся смущенно, будто не мог взять в толк, как это у них родился не обещанный мальчик. Вера тоже, как и папа, не знала, как реагировать.