Секрет черной книги

– Похоже на то, – улыбнулась старушка, вставая и аккуратно оправляя складки своего платья. – Пожалуйста, передай ей то, что я тебе сказала.

– Она мне поверит? – фыркнул Влад. – Как вы себе это представляете?! Она подумает, что я – один из тех, кто ее похитил.

– Придумай что‑нибудь! – неожиданно ледяным тоном сказала гостья и сердито нахмурила брови. – Случится с ней что, с тебя и спрошу.

– Да я тут при чем?! – закипел Влад.

– А при том, – уже другим тоном, вкрадчивым, сулящим несметные сокровища, проговорила она, – что я могу предложить тебе нечто такое, от чего ты не сможешь отказаться…

Он выслушал ее, совершенно забыв о бутерброде.

А когда гостья закончила, на вопрос, берется ли он за дело, лишь молча кивнул. От такого не отказываются, она права. Он‑то уж точно.

* * *

– Верк, Верк, ты спишь? – раздался со двора звучный голос Зинаиды Михайловны, сопровождаемый энергичным стуком в калитку. Вера нехотя оторвала голову от подушки и взглянула на стоявший на тумбочке рядом будильник: поспала меньше двух часов.

Что за пожар приключился у соседки, если она решила ее поднять? Вера накинула поверх пижамы короткий батистовый халатик и пошла открывать.

За забором стояла Зинаида Михайловна. Из‑за ее плеча, робко переминаясь с ноги на ноги, выглядывала баба Шура. Вид у обеих старушек казался встревоженным. Рот Зинаиды Михайловны был сомкнут в прямую решительную линию, и возле бесцветных и истончившихся до нитки губ собрались короткие вертикальные морщинки. Брови, напоминавшие две седые гусеницы, соседка нахмурила так сильно, что они сошлись вместе на переносице.

Даже «рожки» платка топорщились не в разные стороны, а вверх, будто антенны, что означало высшую степень готовности Зинаиды Михайловны к бою. Баба Шура выглядела скорей встревоженной, чем воинственной – в силу своего куда более мягкого характера. Она неловко улыбнулась Вере металлическими коронками и одернула передник, повязанный на темно‑коричневое платье. Видимо, она готовила, а соседка отвлекла ее от дела.

– Спала? – хмуро осведомилась Зинаида Михайловна вместо приветствия.

И, не дожидаясь приглашения, шагнула во двор. Вера посторонилась, пропуская старушек, зная уже, что, если те надумали войти, никакая сила их не остановит.

– Случилось что? – запоздало спросила она в спину поднимающейся на крыльцо бабы Шуры.

– Случилось! – ответила за обеих Зинаида Михайловна, оглянувшись на Веру и смерив ее через плечо таким взглядом, будто та и была причиной какого‑то происшествия.