Секрет черной книги

– Я хотел поговорить с вами об одной постоялице – Валентине Кузьминичне.

Гладкое, неброско накрашенное лицо женщины вдруг приняло испуганное выражение, рот ее округлился, словно она собиралась произнести букву «о». Но уже через мгновение, взяв себя в руки, служащая ответила неожиданно резким тоном:

– А вы ей кто? Родственник?

– Нет. Где мы можем с вами поговорить?

– Нигде, пока вы не объясните свой интерес. Это частное заведение, мы обязуемся не разглашать информацию о наших постояльцах…

– Понимаю, – вздохнул Влад, досадуя на себя за то, что где‑то дал маху и разговор рискует пойти не так, как он рассчитывал.

– Как вас зовут?

– Алевтина, – хмуро ответила женщина.

– Очень приятно, Алевтина. Я – Влад. Могу поговорить тогда с кем‑то из руководства?

Алевтина замялась, видимо решая, отказать ли посетителю и умолчать о его визите или все же проводить к руководству и пусть уж там с ним разбираются. Влад терпеливо ждал, прикидывая другие варианты добиться своего в случае отказа.

– Хорошо, – сдалась служащая.

– Ждите меня здесь. Как вас полностью представить? И вы так и не ответили, с какой целью интересуетесь нашей бывшей постоялицей.

– Моя фамилия Колосов. Влад Колосов, так и представьте. А интерес – личный, – ответил он с легкой улыбкой.

– Я ничего вам не обещаю, – сказала Алевтина и ушла по коридору.

В ожидании ее Влад рассматривал уже не лепнину, а картины на выкрашенных в небесно‑голубой цвет стенах – пейзажи или бытовые сценки из сельской жизни позапрошлого века.

«Прямо не коридор в доме престарелых, а картинная галерея», – подумал он и в этот момент увидел, как Алевтина выходит из одного кабинета.

– Пойдемте, Светлана Алексеевна согласилась вас принять.

Светлана Алексеевна – это уже хорошо, это не какой‑нибудь Иван Петрович. У Влада отлично получалось разговаривать с женщинами‑начальницами – что на бывшей работе в компании, что в ЖЭКе, что в других учреждениях. Как‑то ему удавалось подобрать ключик к их, казалось бы, неприступности.

Встретила его дама лет пятидесяти – не такая уж молодая, но активно молодящаяся.

«Это хорошо», – отметил про себя Влад. Именно с такими дамами‑начальницами у него и получалось найти общий язык. Улыбки, галантность, ненавязчивые комплименты, ввернутые в разговор умело и тонко, – его «оружие». Директриса пансионата вначале отнеслась к нему настороженно и на вопросы отвечала вопросами, пытаясь выяснить, откуда у Влада такой интерес к уже умершей Валентине Кузьминичне.